К тексту
Джек ХайлзКнига · 113 мин

Женщина – восполнительница

1981 год

Библейские цитаты — русский KJV

Глава I. Женщина — Святой Дух семьи

И навел ГОСПОДЬ Бог на Адама глубокий сон, и он уснул: и взял он одно из ребер его, и закрыл плоть вместо него; И ребро, которое Господь Бог взял от человека, сделал он женщиной, и привел ее к человеку. И сказал Адам, Это теперь кость от костей моих, и плоть от плоти моей: она будет называться Женщина, потому что взята из Мужчины. Поэтому оставит человек отца своего и мать свою, и прилепится к жене своей: и будут они одной плотью.
Генезис 2:21–24 · Русский KJV

«Отец наш Небесный, мы приступаем к разговору об этой жизненно важной теме. Мне так хотелось бы послужить поддержкой и благословением. Я молюсь о том, чтобы для некоторых женщин это слово стало поворотным моментом в жизни. Да уделим мы все наше внимание этой истине и Тебе. Во имя Иисуса, аминь».

Господь избрал сравнить семью с Троицей. Поступая так, Он нарек главу семьи, мужчину, Своим собственным именем — Отец. Мы молимся: «Отец наш, который на небе». Затем Он уподобил сына, или детей в семье, Своему Сыну — второй Личности Троицы. Таким образом, в семье у нас есть человек, представляющий Бога Отца, и есть человек, представляющий Бога Сына. Методом исключения мы приходим к пониманию того, кто представляет в семье Святого Духа. Остается только один человек — это женщина. Это значит, что вы — женщина, жена, мать — представляете Святого Духа. Если вы хотите узнать, в чем заключаются ваши обязанности в жизни, просто найдите в Библии, что надлежит делать Святому Духу. Он утешает — так же поступает и мать. Он учит — так же поступает и мать. Он наставляет — так же поступает и мать. Он ведет — так же поступает и мать. Подумайте обо всех служениях Святого Духа в этом мире. Он — Незримый; такова и мать. Он — Тот, Кто окружает вниманием других; такова и мать. Если вы хотите знать свои обязанности в семье, все, что вам нужно сделать, — это выяснить обязанности Святого Духа в Троице, ибо вы и есть Святой Дух в вашем доме.

Началась неделя творения. Сначала появился свет. После света Бог сотворил твердь. Затем Бог зажег на ночном небе звездные воинства в их созвездиях. Затем Бог сотворил морских рыб, а после — все племена животного царства. Вот неделя творения почти подошла к концу, и все уже готово к тому, чтобы Бог сотворил человека. И сотворил Бог человека по образу Своему.

Так сотворил Бог человека в собственном образе своем, в образе Божьем сотворил его; мужчиной и женщиной сотворил он их.
Генезис 1:27 · Русский KJV

Все, что Бог создал до человека, было создано для человека. Ночные звезды были помещены на небесах для услады человека. Травы и зелень полевая были посажены там для пропитания и здоровья человека. Вода была дана для освежения человека. Дневное солнце и ночная луна были установлены на небесах для человека. Это было чудесно.

Всякое дерево, что росло там, было приятно на вид. Реки мирно текли меж зеленых берегов в Эдемском саду. Каждый звук был мелодией, и каждая картина радовала взор. Не было войны, способной встревожить грудь человека. Не было болезни, вселяющей в его сердце страх смерти. Лист никогда не увядал. Ветер никогда не пробирал до дрожи. Ни капли пота не увлажняло чело человека. Не было сквернословия, оскорбляющего его слух. Не было ни усталости, ни зноя, ни стужи. Ни один цветок никогда не был побит бурей. Человек еще не научился ни вздыхать, ни плакать. Таков был Эдемский сад. Бог сотворил его и всю Вселенную ради одного человека — мужчины! Ни губительный мороз не леденил розу, ни тень вины ни разу не омрачила сердце человека. Для Адама пели птичьи хоры. Казалось, у человека в этом эдемском блаженстве было все необходимое, и все же чего-то не хватало!

Адаму нужен был кто-то, с кем он мог бы разделить всю эту красоту. Адаму нужен был кто-то, кому он мог бы сказать: «Взгляни на звезды! Разве они не прекрасны?» Адаму нужен был кто-то, с кем он мог бы разделить радости прекрасного сада. Он тосковал по общению с родственной душой, чьи нужды и радости были бы схожи с его собственными. Девственный мир был холоден и пуст. Адаму нужен был кто-то — и Бог сотворил ее. И вот она идет, облаченная во всю красоту, какой только может обладать человеческое существо.

Мильтон сказал о Еве: «Ее украсило все, что только небо и земля могли даровать ей, дабы сделать ее пленительной». Грация была в ее поступи. Небеса сияли в ее глазах, и каждый ее жест дышал достоинством, благородством и любовью. На ней лежала печать совершенства. Сыны Божии восклицали от радости, утренние звезды пели вместе, и Эдем преобразился. Теперь у Адама появилось то, в чем он нуждался. Кто-то написал: «Печальна была земля, дик был Сад, вздыхал отшельник, пока не улыбнулась женщина». Труд Всемогущего был завершен.

Когда утренние звезды пели вместе, и все сыны Божьи кричали от радости?
Иов 38:7 · Русский KJV

Обратите внимание: женщина была взята не из головы мужчины, чтобы властвовать над ним, и не из его пяты, чтобы быть им попранной; это дивное творение Всемогущего было взято из ребра мужчины, близ самого его сердца, чтобы он мог любить и защищать ее.

Теперь, когда она здесь, ветры освежают в тысячу раз сильнее. Теперь, когда она здесь, цветы благоухают в тысячу раз слаще. Птицы поют в тысячу раз мелодичнее, деревья стали прекраснее, а плоды — вкуснее. Солнце светит ярче, луна милее, звезды ближе, а звери кротче, потому что здесь — она. Вот она — Мисс Вселенная! Она была сотворена потому, что все совершенство Эдемского сада не могло дать Адаму того, в чем он нуждался.

Вот она стоит — с красотой Сарры, называвшей Авраама своим господином; с мужеством Деворы, стоявшей рядом с Вараком в битве против врага; с глубиной души Анны, вымолившей и воспитавшей своего сына; с преданностью Рицпы, поклявшейся охранять даже мертвые тела своих близких; с царственным величием Есфири, представшей перед царем и спасшей целый народ. Вот она — с благодатью Лидии, достоинством Марии, смирением Фивы, дружелюбием Тавифы, верой Роды, устремленностью Саломии, благоговением Марии, заботливостью Марфы и хвалой Марии Магдалины. Вот она стоит, наша Мисс Вселенная — с терпением Анны, очарованием Рахили, любовью Иохаведы, нежностью Елисаветы и духом Лоиды. Во всех этих образах заключено то, какой вы должны быть. Возьмите все доброе от всех добрых женщин из Слова Божия — и вот она, дорогая женщина, та, какой Бог задумал вас видеть.

Кто бы мог подумать, что посреди эдемской прелести, невинности и покоя, где ангелы стерегли врата сада и где царили мир, любовь и радость — кто, глядя на это дивное создание Божиего всемогущества, мог бы вообразить, что зло когда-нибудь найдет сюда вход! В красоте этой женщины заложена и возможность уродства. В ее радости — возможность печали. В ее благодати — возможность эгоизма. В ее смирении — возможность гордыни. В ее покорности — возможность бунта. В ее вере — возможность сомнения. Хотя она прекрасна и хотя все добрые качества всех женщин Библии потенциально принадлежат ей, в ней кроется и другая сила. Она носит в груди задатки Мелхолы, возненавидевшей своего мужа и высмеявшей его за то, что он ликовал и восклицал от счастья, когда ковчег завета вернулся к народу Божиему. Если захочет, она способна перенять мятежность Иезавели, которая пала сама и увлекла за собой целый народ. В ней заложено семя эгоизма Гофолии, способной перебить собственных внуков ради своих прав и привилегий.

Трудно представить, что эта прекрасная царица Эдемского сада, восполнявшая всякую нужду Адама, могла бы носить в своей груди ненависть Иродиады, потребовавшей голову Иоанна Крестителя на блюде! Трудно поверить, что она могла бы стать оскверненной Раав, продававшей свое тело вожделениям нечестивых мужчин. Трудно поверить, что у этой красавицы есть задатки, способные увести ее стопы в Моав вместе с Ноеминью. Трудно поверить, что эти уста способны лгать, как солгала Сапфира. Там, за ее улыбкой, таится вероятность ненависти и нрав Авигеи.

Милые дамы, как некогда Еве, решать предстоит именно вам, ибо в вашей груди живут вся верность Сарры, прелесть Рахили, нежность Марии, усердие Марфы, терпение матери Христа (Его земной матери) и кротость Ревекки. Но там же есть и частичка Иезавели, Гофолии, Мелхолы, Авигеи и прочих. Выбор за вами.

К добру это или к худу, но есть одна вещь, которую женщина делает всегда: она определяет дух и атмосферу любого места, где присутствует.

Женщина не была создана для того, чтобы возделывать землю, она не была создана для того, чтобы строить дом, управлять подъемным краном, класть кирпич, тесать камни, прокладывать дороги, возглавлять государство, руководить церковью или жать урожай.

Дело женщины — определять атмосферу, пока возделывается земля. Дело женщины — определять атмосферу, пока строится дом. Хотя не ее дело управлять краном, ее дело — сделать счастливым того, кто им управляет. Не ее дело класть кирпич и тесать камень; ее дело — создавать прекрасный дух и атмосферу, пока кладется кирпич и тешется камень. Не ее дело прокладывать дорогу, возглавлять государство, вести церковь или собирать жатву. Где бы ни находилась женщина во все времена, ее задачей было наполнять атмосферу духом, пока мужчина вершит свой труд и меняет ход истории.

Женщина может превратить Эдем в рай, если того пожелает, или проклясть все в нем, как она уже сделала однажды. Она может превратить тростниковую корзину в спасательную шлюпку, а реку Нил — в детскую колыбель, если захочет, а может проклинать своего мужа на пепелище Иова. Это ее выбор! Она может погубить народ, как Иезавель, а может превратить дом в церковь, как Прискилла. Она может сделать богослужение великим, отдав все, или погубить его, утаив часть, как Сапфира. Она может наполнить дом благоуханием мира Марии или наполнить его ненавистью Мелхолы. Она может спасти народ, как Есфирь, или, подобно Иезавели, уничтожить его.

Дорогие женщины, я не думаю, что вы до конца понимаете, насколько сильно атмосфера зависит от вас.

Во многом атмосфера в колледже Хайлза-Андерсона создается милыми молодыми девушками, украшающими наши коридоры. Наш колледж создавался в первую очередь для Божиих мужей. Когда я однажды в Лос-Анджелесе, в Калифорнии, молился всю ночь напролет, Бог не вложил мне в сердце бремя и не сказал: «Тебе нужно открыть колледж и выпускать молодых леди». Мое бремя было о том, чтобы Бог послал нам юношей, которые могли бы пойти по всей стране с Божиим огнем в груди и изменить эту страну, строить церкви, призывать Америку вернуться к Богу и бороться со злом. Но мы не смогли бы сделать этого, если бы не тот дивный дух, что пропитывает наш кампус благодаря кротости и очарованию наших «Святых Духов» — девушек, которые делают его во сто крат прекраснее.

У нас в старшей школе есть замечательные парни, которые играют в американский футбол и баскетбол, являются старостами классов, но в этом году в нашей школе царит потрясающий дух. Знаете одну из причин? Группа юных девушек определяет то, каким он будет.

Дух женщины определяет покой в доме, атмосферу в офисе, единство в церкви, репутацию проповедника, здоровье ее мужа и радость ее детей. Она — не та, чье имя попадает на первые полосы газет. Она — та, кто делает место, где находится мужчина, восхитительным. Это ее дух, ее настрой, ее расположение души.

Верна старая песенка: «То я счастлив, то хандрю — от тебя зависит настроение мое!» Так оно и есть. Вы можете сделать свою церковь чудесным местом. Вы, женщины, способны определять дух своей церкви куда сильнее, чем мужчины, ибо ваш дух определяет дух мужчин. Интересно, сколько проповедников приходили в церковь и отчитывали прихожан только из-за какого-то недовольства церковью, которое они переняли дома от своих жен? Интересно, скольким проповедникам удавалось сохранять в своих церквах мир и безмятежность благодаря тому покою, который они обретали дома?

Всякий раз, когда где-то присутствует женщина, она определяет дух и атмосферу во много раз сильнее, чем мужчина. Пусть она не голова, но она — шея, решающая, в какую сторону посмотрит голова. Пусть она не рука, но она — топливо, дающее руке силу. Пусть она не могучий ливанский кедр, но она — смирна, наполняющая воздух благоуханием. Пусть она не столп в храме, но она — жертвенник курений, делающий все благовонным в его стенах. Пусть она не жнец на ниве, но она — лилия, украшающая поле и делающая жатву прекраснее.

Женщина — это цветок на столе для вечери Господней. Она — мед на пиршественном столе. Она — Святой Дух в доме, незримая сила.

Мужчина трудился и до прихода женщины, но после ее прихода он стал трудиться усерднее. Мужчина бегал до ее прихода, но после ее прихода он побежал быстрее. Мужчина прыгал до ее прихода, но после ее прихода он стал прыгать выше. Мужчина был хорош до ее прихода; после ее прихода он стал превосходным.

Некоторые женщины в Библии даже не названы по имени — сонамитянка, маленькая служанка, указавшая Нееману на человека Божиего, вдова, положившая две лепты, вдова из Сарепты и другие. Видите ли, чистая правда заключается в том, что хотя вы и не созданы для того, чтобы ваше имя гремело в заголовках, чтобы бить рекорды, выигрывать войны и сражаться в битвах, Бог сотворил вас с совершенно особой целью.

В наших проповедях здесь мы превозносим Иисуса, но именно Святой Дух дает нам силу превозносить Его. Отец — великий всемогущий Бог, но именно Святой Дух обращает наше внимание на Него. Евангелие спасает людей, но на богослужениях ощущается незримая сила Святого Духа; Его сила побуждает людей выходить к алтарю; Его сила делает Иисуса еще прекраснее; Его сила являет Бога еще более всемогущим, всеведущим и вездесущим; эта сила побуждает церковь идти в мир, приводить ко Христу все больше душ и влечь людей ко Голгофе; эта сила — Незримый, Святой Дух! И вот кто вы! Вы — та, кто задает тон, та, кто остается за кадром.

Когда я был мальчишкой, мама часто напевала мне на какой-то мотив, которого вы бы ни за что не узнали, потому что она обладала ровно тем же музыкальным слухом, каким «одарен» и я! Она качала меня на коленях и пела: «Освети уголок, где находишься ты, освети уголок, где находишься ты; ты поможешь блуждающим выйти из мглы, если свет засветишь там, где ты!» Пока она это пела, мой отец, скорее всего, где-то пьянствовал. Мы жили в маленькой двухкомнатной лачуге. Светом нам служила керосиновая лампа, а теплом — дровяная печь, которая слишком часто стояла пустой, потому что нам нечем было ее топить.

Мама не знала истории создания этой песни — «Освети уголок, где находишься ты». Много лет назад одной хрупкой женщине по имени Ина Дьюли Огдон был дарован прекрасный голос. Ее пригласили отправиться с концертным туром вокруг света. Она предвкушала тот день, когда сможет объехать земной шар и нести яркий свет Христа своим голосом. Контракт был подписан, дата начала путешествия назначена. Буквально за несколько дней до отъезда она узнала, что ее отец тяжело заболел. Никто другой не мог позаботиться о нем — только она! Не без горечи и с глубоким разочарованием она отменила свое кругосветное путешествие, в котором собиралась славить Христа своим голосом и сиять Его светом по всему миру!

Ина Огдон смотрела на своего престарелого отца и видела, что он близок к смерти. Она осознала, что не сможет поехать. И однажды, когда она села за стол, ее горечь сменилась радостью, а разочарование — благодарностью, и она начала писать: «Освети уголок, где находишься ты, освети уголок, где находишься ты; ты поможешь блуждающим выйти из мглы, если свет засветишь там, где ты!»

То, чего певица не смогла сделать своим путешествием, она совершила своим светлым духом: от ее сердца — к разуму, от разума — к перу, от пера — на бумагу, с бумаги — в сборник гимнов, а из сборника — по всему свету! Она озарила мир не только при жизни, но будет делать это до тех пор, пока поется эта песня!

Вот ваша задача — освещать свой уголок! Атмосфера в офисе куда больше определяется настроем секретарш, чем начальников. Атмосфера в доме куда больше определяется женой и матерью, чем отцом и детьми.

Мужчина первым делом смотрит на вас, чтобы понять, в каком вы сегодня настроении. Ваш муж приходит вечером домой, и одно из первых, что он хочет выяснить: «В каком она сегодня духе?» Весь его вечер озарится светом или погрузится во мрак в зависимости от вашего настроения! Почему? Настроение в доме задает не мужчина — его задаете вы! Вы — Святой Дух семьи.

Вы не получите тех похвал, которые достаются мужчине. Ваше имя не напечатают в газете, как его. Ваше имя не будут чествовать так, как его, и вы не будете такой же крупной, сильной и властной. Он — Отец, дети — Сын, а вы — Святой Дух. Вся атмосфера, где бы вы ни находились, определяется вами.

Знаете ли вы, что Бог устроил все так, что ваш дух способен превозмочь дух мужчины? Телесно он сильнее вас. Своими эмоциями вы никогда бы его не одолели, потому что у мужчины больше эмоциональной устойчивости, чем у вас, но есть одна область, где вы всегда сможете одолеть своего мужчину или любого другого мужчину, — это ваш настрой, ваш дух, создаваемая вами атмосфера!

Бывает, в доме весело, а бывает — тоска. Все настроение дома зависит от вас.

Бывает, на работе радость, а бывает — мрак. Все настроение там зависит от вас.

Бывает, в вашей школе светло, а бывает — уныло. Все настроение там зависит от вас.

Бывает, в вашей церкви благодать, а бывает — холод. Все настроение там зависит от вас.

Если в вашей церкви нездоровый дух, в этом больше вашей вины, чем вины мужчин. Мне нравится это здание. Я помогал его строить. Я люблю его. Считаю, что это самое красивое здание во всем мире, и ни на какое другое его не променяю. Я люблю эту кафедру. Это та же самая кафедра, что была у меня в прежнем здании, мы просто обшили ее снаружи новым деревом. Но когда мы собираемся здесь в воскресное утро, здание не имеет никакого значения, и вся моя подготовка и планирование служений не имеют значения, если здесь нет Святого Духа! И не имеет значения, какой у вас муж или какие у вас дети, если в доме нет Святого Духа.

Вот в чем вся суть. Ваше дело — утешать. Папа не слишком-то умелый утешитель; по правде говоря, утешитель из него слабый. Папа ужасно справляется с ролью создателя духа или атмосферы. Он ждет этого от вас.

Не так много лет назад, кажется в штате Джорджия, мать с ребенком упали в открытый колодец. Мать оказалась под ребенком. Она подняла малыша над собой и стала звать на помощь. Долгие часы эта мать стояла там, держа руки вверх, удерживая ребенка над головой. Когда прибыли спасатели, они обнаружили, что ребенок жив, а мать умерла. Тело матери отвезли в похоронное бюро. Распорядитель похорон пришел к семье и спросил: «Как нам ее хоронить?»

Семья переспросила: «Что вы имеете в виду?» Распорядитель ответил: «Что нам делать с ее руками?»

Родные удивились: «В каком смысле "делать с ее руками"?»

Он сказал: «Ее руки застыли в поднятом положении над головой. Нам придется сломать кости, чтобы сложить их на груди».

Семья ответила: «Хороните ее с поднятыми руками». Когда люди подходили попрощаться с ней на отпевании, они смотрели на ее лицо, а руки ее так и возносились вверх из гроба — и так ее похоронили.

Так и должно быть. Женщина, твое призвание — неустанно поднимать вверх тех, кто дорог тебе. Твой мужчина и все мужчины — символ Отца; ваши дети — символ Иисуса Христа; а вы — незримый и зачастую забытый, обделенный вниманием и похвалой, но всегда необходимый Святой Дух!

Вспомните гимны, которые мы поем: «Дух Святой, дохни на меня», «Все напрасно, если Дух Святого не сойдет с небес». Сравните свое предназначение с трудом Святого Духа: учить, вести, утешать, ободрять, укреплять, помогать.

Буду с вами честен. По-моему, вам, женщины, достался лучший кусок пирога. Проповедники падают на колени лицом в землю и взывают: «О Боже, дай мне полноту Святого Духа!» Подумываю о том, чтобы вывести мужчин на демонстрацию перед Богом. Нас явно обделили во всем этом! Мы откроем свое собственное мужское движение за равные права! Мы строим стену, а вы решаете, будем ли мы при этом улыбаться или хмуриться. Мы строим город, а вы решаете, будет ли у нас в процессе нормальное давление или оно подскочит до небес. Это мы строим церкви, но именно вы решаете, будем ли мы руководить ими в мире или в отчаянии. Все зависит от вас.

Почему бы вам не сказать: «В моей церкви благодаря мне воцарится новый дух»? Некоторым из вас стоило бы встретить своего пастора в воскресное утро перед тем, как он выйдет за кафедру, и ободрить его. Сделайте так, как сделали наши студентки колледжа, когда выстроились почетным караулом за сценой и запели для меня песню о любви к Пастору.

В следующий раз, когда вам захочется подумать: «Я не очень-то важна, меня никто не ценит», — вспомните, что в семье вы олицетворяете Того в Троице, Кого тоже никто не ценит по достоинству. Его дело подобно прожектору, скрытому в кустах или в овраге, который светит на здание, чтобы все любовались зданием. Ваше дело — быть этой незримой силой, этим Утешителем, этим Святым Духом.

Возьмите Библию, найдите все упоминания о Святом Духе и узнайте все, что Он делает. А затем твердо решите, что будете делать то же самое. Уединитесь где-нибудь, склоните голову, вознесите сердце к Богу и скажите: «О Боже, я так благодарна Тебе, что Ты сотворил мужчину по образу Бога Отца, я так рада, что наши дети символизируют Бога Сына, и я так счастлива, что Ты сотворил меня женщиной — тем, в чем нуждалась земля, тем, что не мог заменить даже рай, тем, чего не могли восполнить ни ветерок Эдема, ни вкус плодов, ни аромат цветов, ни нежность ветра».

Ты была нужна этой земле, женщина, так же как церкви нужен Святой Дух.

Преклони колени и скажи: «Дорогой Боже, я довольна своим уделом в жизни. Я рада, что Ты сотворил меня женщиной по образу Святого Духа. Я посвящаю себя и обещаю Тебе, что всюду, куда бы я ни пришла, цветы будут чуть прекраснее, их благоухание — чуть слаще, солнце — чуть ярче, ветер — чуть мягче, улыбки — чуть шире, плечи — чуть прямее, а руки — чуть крепче только оттого, что там есть я».

Вы — великая личность! Вы — Святой Дух Божий в семье. Не важно, чем еще вы занимаетесь — вот ваша главная работа. Не важно, чего еще вы достигнете. Вот ваше призвание.

Миссис Эванс проводит эти грандиозные конференции «Христианская женственность». Со стороны она кажется вам невероятно волевой и властной женщиной. Я вижу ее совсем иначе. В моих глазах она такова: «Как скажете, Пастор», «Пастор, вы знаете, как лучше», «Пастор, вы мудрее», «Пастор, по сравнению с вами я ничего не смыслю». Вот в чем на самом деле вся суть.

Вы носите при себе два маленьких флакона. Один наполнен дивнейшим благоуханием, а другой — зловонием. В ваших силах сделать все вокруг себя благословенным или невыносимым. Мы не сможем вас перевесить. Никак не сможем. Дайте мне десять сплетниц в церкви — и я выживу из нее любого проповедника в Америке! Церкви раскалывают не мужчины; церкви раскалывают женщины. И раны в церквах исцеляют не мужчины; их исцеляют женщины!

Много лет назад я преподавал в одном колледже в Техасе. Как-то раз я ехал по шоссе домой, и мне дорогу перебежала прелестнейшая «киска». Черно-белая такая. Это был скунс. Я пытался его объехать, но не вышло! Ни единой капли его «Шанель № 5» на меня не попало, но представляете — несколько недель подряд, куда бы я ни пришел, люди морщились: «Фу! Боже мой! Что это за запах?» От него невозможно было никуда деться.

В вас заложена такая же сила. Выбор за вами.

Как-то мы с четой Рассела Андерсона отдыхали в Нассау, на Багамах. Я стоял в большом универмаге и вдруг услышал за спиной: «Пшик, пшик, пшик». Подумал: «Что это — утечка газа?» А потом почувствовал, как что-то струится по моей шее: оказалось, Рассел Андерсон взял маленький пробник духов и буквально вымыл мне ими голову! Несколько недель подряд, куда бы я ни пришел, люди вздыхали: «Ах!» А мои дьяконы восхищенно тянули: «О-о-о!»

В вашем характере есть и то, и другое!

Вот стоит Мисс Вселенная, наделенная силой довершить совершенство Эдемского сада — либо позволить змею прокрасться в свое сердце, разрушить и проклясть все вокруг.

Эта сила есть и у вас. Вам решать, какой из них воспользоваться. Вы — та, кто задает настроение, та, кто создает атмосферу, вы — Святой Дух семьи.

Глава II. Женщина — восполнительница

Прежде чем начать, позвольте заверить вас: у меня нет никакого желания вас отчитывать. Я скажу вещи, которые многих женщин огорчат. Возможно, вы оглянетесь на свою жизнь и скажете: «Ох, я все испортила!» Но я вовсе не стремлюсь упрекать тех, кто в чем-то потерпел неудачу. Моя цель — помочь молодым девушкам и женщинам средних лет, а также тем из вас, кто еще не замужем. Я прошу у вас снисхождения и понимания, пока мы будем обсуждать эту жизненно важную тему.

Эта проповедь родилась однажды вечером, когда я беседовал с одной женщиной у себя в кабинете. Она была глубоко несчастна, и мы долго обсуждали обстановку в ее доме и ее брак. Я немного побеседовал с ней. Она сказала: «Я никогда в жизни не слышала ничего подобного! Верю, что сегодня вечером моя жизнь изменится».

Тогда я подумал, что, пожалуй, мне стоит пойти домой и передать ту же истину нашим дочерям. Поэтому поздно вечером, когда мы с Линдой и Синди разговорились, я присел за кухонный стол и преподал им библейский урок на тему «Женщина — восполнительница».

Не склоните ли вы головы, чтобы попросить Бога помочь мне помочь вам?

«Отец наш Небесный, какую же ответственность Ты возложил на мои плечи, поручив рассуждать о столь важном предмете. Я молю, чтобы Ты дал мне Своего Святого Духа, силу, мудрость и руководство. Дай мне ясный ум и теплое сердце, пока мы вместе будем размышлять над тем, что вполне может изменить жизнь сотен женщин, особенно молодых. Помоги мне. Во имя Иисуса, аминь».

Ничто в мире не счастливо, пока не исполняет цели своего существования. Бог все сотворил с определенной целью. Он ничего не делает случайно. Ни одно творение не обретет счастья, пока не найдет цель, ради которой Бог его создал. Ни один человек не будет счастлив, пока не найдет и не исполнит предназначение, данное ему Богом. В наши дни отовсюду только и слышно: «Я хочу своих прав!» Все твердят: «Мои права, мои права, мои права!» Пора бы кому-нибудь заговорить: «Мое предназначение, мое предназначение, мое предназначение» или «Мое место, мое место, мое место».

В жизни у вас есть только одно право — найти волю Божию и Его цель для вашей жизни. А затем твердо занять свое место и усердно трудиться в самом центре Божиего замысла о вас.

Например, Бог создал птицу, чтобы летать. Если птица не летает, она несчастна. Птица может сказать: «Хочу быть рыбой и плавать», но она не будет счастлива, плавая под водой. Птица может сказать: «Хочу быть собакой и бегать по двору», но беготня по двору не принесет ей счастья. Птица счастлива только в полете, потому что Бог создал птицу для полета.

Рыба могла бы сказать: «Меня здесь не устраивает. Я хочу парить в воздухе», но рыба никогда не будет счастлива в воздухе, потому что Бог создал рыбу не для полета. Рыба может заявить: «Хочу носиться по лесу, как дикий зверь», но Бог не создавал рыбу для бега по лесу. У Бога есть особое предназначение для каждого Своего создания. Следовательно, у Бога есть предназначение и для женщины.

Мужчине нужен был кто-то, кто увидел бы, как быстро он бежит, и сказал ему: «Какой же ты быстрый бегун!» Мужчине нужен был кто-то, кто увидел бы, как далеко он бросает камень, и сказал: «Как здорово ты бросаешь!» Мужчине нужен был кто-то, кто увидел бы, какую тяжесть он поднимает, и сказал: «Ого, какие у тебя могучие бицепсы!» Но рядом никого не было. Быть может, мужчина взбирался на самую вершину дерева, переполненный гордостью, и спрашивал: «Ну как я справился?» Но некому было подбодрить его. Посмотрел Бог кругом и увидел, что для Адама не нашлось помощника, подходящего для него.

И сказал Господь: «Бедняге нужен кто-то, кто был бы в его углу, кто болел бы за него. Ему нужен кто-то, кто скажет: "Ух ты, как быстро ты бежишь! Какие у тебя сильные руки! Глянь, как ловко ты залез на дерево!"»

Когда я был маленьким мальчиком, мне купили первый новенький велосипед. У меня была подружка по имени Ширли Уоррен. Она казалась мне самым прекрасным созданием на свете. Я так хотел, чтобы она увидела, как я умею кататься. Я поехал мимо ее дома. Она вышла на улицу, и я крикнул: «Эй, смотри сюда, Ширли!» И промчался мимо ее дома. Потом поехал во второй раз. Мне хотелось выступить еще лучше. Я крикнул: «Эй, смотри, без рук!» И она сидела перед домом с таким обожающим, восхищенным взглядом! Вот для чего Бог сотворил женщину. (Возвращаясь в третий раз, я встал на сиденье ногами — и в итоге приземлился прямо на свое сиденье!)

Бог сотворил женщину, чтобы она сидела на трибуне и ликовала, когда мужчина добивается успеха.

Для чего Бог создал женщину? Он создал женщину, чтобы она радостно поддерживала с бровки, когда ее парень заносит мяч в зачетную зону. Бог создал женщину, чтобы она сидела в зале, когда проповедует ее муж, и говорила: «Это лучший проповедник в мире!» Бог создал женщину, чтобы она стояла на обочине, смотрела, как ее мальчишка едет на велосипеде без рук или стоя на седле, и говорила ему: «Это самое потрясающее зрелище, какое я видела в жизни!» Бог создал женщину, чтобы она видела, как ее мужчина бежит стометровку, и восклицала: «Это величайшее достижение на свете!» Бог создал женщину, чтобы она сидела у кромки поля, смотрела, как ее парень мечет пятидесятикилограммовый камень на пятнадцать метров, и говорила: «Никто другой так не сможет!» Бог создал женщину, чтобы она наблюдала, как парень взлетает на дерево быстрее всех на свете, и говорила: «Это мой мужчина! Он лучше всех в мире лазает по деревьям!» Вот зачем Бог создал женщину. Он создал ее, чтобы она стала помощницей, соответственной мужчине.

Бог сотворил женщину для мужчины! Выражение «помощница, соответственная ему» означает «та, кто восполняет до целого». Бог сказал: «Сотворю ему восполнительницу». Это как незамкнутый круг. У мужчины есть почти все, что нужно, но чего-то ему не хватает. Бог сказал: «Есть кое-что, что Я должен дать мужчине», — и взял у мужчины из-под самого сердца ребро, и из этого ребра сотворил женщину. Бог сказал: «Я хочу, чтобы эта женщина пришла к этому мужчине и восполнила его». Мужчина не будет цельным, пока у него не будет ее.

И сказал ГОСПОДЬ Бог, Не хорошо быть человеку одному; сделаю ему помощника, подходящего для него.
Генезис 2:18 · Русский KJV

Нет, Бог не увидел нуждающегося в уходе младенца и не сказал: «Пошлю-ка Я туда кого-нибудь присмотреть за этим ребенком». Поймите, я всеми руками за детей! Считаю, что они чудесны, но, дамы, Бог создал вас не для ваших детей! Нет, не для них. Не было такого, чтобы Бог посмотрел вниз и сказал: «Эй, там внизу малышу нужно поменять пеленки. Придется Мне сотворить кого-нибудь, чтобы спуститься и восполнить его». Бог так не делал.

Бог не смотрел вниз со словами: «Там внизу грязный дом. Мне нужен кто-то, кто его уберет. Сотворю-ка Я уборщицу». Нет, Бог создал вас не для этого.

Бог не смотрел вниз и не говорил: «Знаете, мужчине нужно кого-то любить и кого-то защищать, поэтому Я пошлю кого-нибудь, чтобы мужчина любил ее и защищал». Нет, этого Бог тоже не делал.

Бог послал вас в этот мир не для того, чтобы помогали вам; Бог послал вас, чтобы помогали вы.

Однажды ваш муж пришел с работы, а вы ему говорите: «Я сегодня была у врача». Возможно, вы при этом что-нибудь вязали.

Он спросил: «У тебя грипп?»

А вы ответили: «У меня девятимесячный грипп».

Он аж подскочил в кресле! «Ч-ч-ч-что?!»

«Да, именно так».

Он заикается: «Т-т-только н-не н-нервничай. Сохраняй с-с-спокойствие».

А вы ему: «Спасибо, дорогой. Я всегда так ценю, как здорово ты умеешь меня успокоить».

Затем вам стало нехорошо. Каждое утро вас тошнило, лицо приобрело странноватый оттенок, а ладить с вами стало еще труднее, чем обычно. Вы начали расти вширь! Чтобы встать со стула, вам приходилось широко расставлять ноги! Лежа на спине, вы напоминали одну из египетских пирамид. А когда ложились на живот, становились похожи на полозья кресла-качалки. Ни одна одежда не налезала, и на кровати оставалось место только для одного человека. В дверные проемы приходилось входить боком. Вы ели соленые огурцы в полночь, арбуз на завтрак и бутерброды с арахисовым маслом в два часа ночи. Никто не мог с вами сладить. Вы помните те деньки. Благослови вас Бог. А потом как-то ночью, часа в два (я точно знаю, что в два часа ночи, потому что все дети рождаются в два часа ночи!), вы толкнули мужа и сказали: «Милый, схватки уже каждые пять минут».

Он сказал: «Н-н-ну ты т-только не в-волнуйся. В-в-все б-будет хорошо».

Вы ответили: «О, спасибо за утешительные слова. Как же приятно, когда в доме есть мужчина!»

Он сказал: «И-и-иди в машину. Я п-п-принесу твой чемодан». Он вытащил из подвала шар для боулинга и положил его в багажник. Но у вас хватило присутствия духа предвидеть его действия, поэтому чемодан вы взяли и погрузили в машину сами. (Он до сих пор толком не знает, что тогда произошло.) Вы помчались в больницу. Вы гнали под сто тридцать километров в час там, где ограничение пятьдесят, как вдруг в зеркале заднего вида замигали огни. Полицейский прижал вас к обочине и спросил: «Эй, вы что, на пожар торопитесь?»

Ваш муж выпалил: «Нет, это моя больница тут! Она едет к младенцу, чтобы родить жену! То есть нет, нет, это мой младенец тут. Она едет к жене, чтобы родить больницу!»

Полицейский оказался славным малым и сказал: «Да, кажется, я понимаю, в чем дело». (Наверняка он и сам через это проходил.) Он сказал: «Езжайте за мной», — и с ветерком сопроводил вас до самого роддома.

Вас провезли на каталке через пару дверей; вам было тревожно, ведь, возможно, это случалось с вами впервые. Вы оказались в палате, где были медсестра, врач и, наверное, шприц с уколом. Может, вас немного усыпили, а может, и нет, и вскоре вы испытали такую боль, какой никто и никогда больше не испытывает — такую, которую не переносит ни одно другое существо во всем мире. Спустя какое-то время раздался слабый крик, и вас отвезли в палату. Очень скоро этого кроху принесли к вам. Вы приложили малыша к груди, и этот слепой, сморщенный, смешной разбойник тут же принялся искать свой ужин. У него уже хватило ума захотеть есть с первой же минуты жизни! И пока он кормился от вашей плоти, вы шептали: «Это плоть от плоти моей, кость от костей моих и кровь от крови моей», — и о, как вы были счастливы! Какое чудесное это было время — но Бог сотворил вас не ради этого. Это не был самый главный день вашей жизни. В тот день вы еще не исполнили свое предназначение как женщина! Нет, не исполнили! Бог не смотрел вниз со словами: «Там есть младенец, которого надо накормить; пошлю-ка Я кого-нибудь его покормить». Бог действительно устроил вас так, чтобы вы могли вынашивать и рожать детей, но Он не сделал это главной целью вашего существования. Можно быть хорошей матерью — и остаться неудачницей. Можно быть лучшей матерью в мире — и потерпеть поражение. Можно быть лучшей матерью из всех когда-либо живших. Можно соединить в себе Сюзанну Уэсли, Иохаведу, Елисавету и Марию в одном лице — и все равно не состояться.

И сказал Адам, Это теперь кость от костей моих, и плоть от плоти моей: она будет называться Женщина, потому что взята из Мужчины.
Генезис 2:23 · Русский KJV

Ничто и никогда не бывает до конца счастливым, удовлетворенным и состоявшимся, пока не исполнит цели своего существования. Вы скажете: «Ну, я буду воспитывать детей». Что ж, дерзайте. Я не против. Я считаю, вы обязаны воспитывать детей. Но это не так важно, как быть такой женой, какой вы должны быть. Бог сотворил женщину для мужчины. Бог сотворил женщину для мужчины, чтобы она была ему соответственной помощницей.

Бог не смотрел вниз на голодную семью, чтобы сказать: «Нужен кто-то, кто их накормит», или на грязный дом: «Нужен кто-то, кто в нем уберет», или на малыша: «Нужен кто-то, кто его вырастит». Нет, Бог посмотрел вниз и увидел сотворенного Им мужчину. Он увидел неполного мужчину. Бог увидел, что мужчина не справится в одиночку. Он увидел, что мужчина — не самодостаточный комплект. Бог увидел, что мужчина не способен сам по себе поддерживать свое бытие, и сказал: «Сотворю-ка Я кого-нибудь, чтобы восполнить его. У мужчины есть подлежащее, но нет сказуемого. Есть существительное, но нет глагола. У него три стороны, но недостает четвертой. Он — незамкнутый круг. Он — треугольник о двух сторонах. Он — квадрат без четвертой грани. В мужчине чего-то не хватает». И поэтому Бог сотворил вас, чтобы восполнить мужчину.

Если это так, тогда в известном смысле Бог создал вас, чтобы именно вы брали на себя инициативу. Да, женщина — немощнейший сосуд, но мужчина — менее цельный сосуд. Женщина — слабейший сосуд, но у мужчины нужды больше, чем у женщины. Вы знали, что можете остаться ночью дома одни и не так уж бояться, как боялся бы ваш муж, останься он дома один? Это чистая правда. Не поленитесь проверить. Некоторые из вас сидят дома одни даже с незапертыми дверями. Совсем другая история, когда один остается он. Наверное, у каждого телефона в доме у него записан номер полиции! Почему? Мужчина нуждается в вас сильнее, чем вы нуждаетесь в мужчине. У мужчины есть двигатель и бензин, но нет стартера. У вас нет ни двигателя, ни бензина, но у вас есть стартер! Если не верите, пощекочите его под подбородком и увидите, как вы его заведете! У него есть мотор. У него есть все задатки, но ему нужен кто-то, кто его заведет, кто подтолкнет вперед, кто восполнит его.

Так же вы, мужья, живите с ними согласно знанию, оказывая честь жене, как более слабому сосуду, и как сонаследницам благодати жизни; чтобы не было препятствия молитвам вашим.
1 Петра 3:7 · Русский KJV

Скажу иначе. Женщина приходит к неполному мужчине, восполняет его, а затем пожинает плоды его цельности. Женщина приходит к неполному мужчине и делает его цельным; такова ее работа — действовать первой, побуждать его стать цельным мужчиной, чтобы он мог вести ее за собой, но ему нужна женщина, чтобы запустить его! А затем, когда женщина восполнит мужчину, она получает все блага от его полноты!

Некоторые девушки из нашего колледжа составили список «Десять качеств, которые я хочу видеть в мужчине». В списке девушки могли бы значиться такие требования: рост 190, красавец, сострадательный, сильный, нежный и так далее — вот чего она хочет от мужчины. Но если бы вы когда-нибудь нашли парня со всеми этими качествами, вы бы ему просто не понадобились!

Какая-нибудь дама скажет: «Ох, в нем уже есть все!»

Нет, в нем нет всего! Ни в одном мужчине нет всего! Если бы в нем было все, вы не были бы ему нужны. По-моему, лучшее, что вы можете сделать, — это найти того, у кого есть не все, а потом помочь ему обрести все. Вот для чего Бог создал вас.

I. Восполните его в труде.

Если ваш муж плотник, пойдите, взгляните на построенный им дом и скажите: «Неужели это ты все сам построил? Боже мой, дай-ка я пощупаю твой огромный бицепс!» (Может, вы об этом не догадывались, но те прежние южные красотки знали толк в деле.) Вам следует сказать: «Это самый красивый дом, какой я видела в жизни. Неужели ты построил его сам?» Вот что вы должны делать — болеть за него на бровке.

Кстати, если ваш муж плотник, выучите, что такое строительные гвозди на сто пятьдесят и на семьдесят. Выучите, чем обычный гвоздь отличается от финишного. Узнайте, что такое брус два на четыре и два на восемь дюймов. Узнайте, что такое гипсокартон. Выясните, какой кровлей покрывают крышу дома. Зачем? Затем, что Бог создал вас восполнить этого мужчину — вот зачем!

Вы говорите: «Я хочу сильного лидера».

Так сделайте его таким!

Кто-то говорит: «Я хочу страстного возлюбленного».

Сделайте его страстным возлюбленным.

«Я хочу великого, успешного мужчину».

Так вы для этого и рядом с ним! Вы там, чтобы восполнить его, довершить его. Бог сотворил его, но он не был завершен. И Господь сказал: «Я хочу, чтобы кто-то восполнил его».

II. Восполните его в отдыхе и увлечениях.

Восполните его и здесь. Когда ваш муж смотрит футбольный матч, разделите это с ним. Когда его любимая команда выигрывает или заносит мяч в зачетную зону, вы должны ликовать! Когда он оборачивается к вам и говорит: «Вот это было здорово!» — вы должны быть рядом, чтобы подхватить: «Еще бы!» И вы должны суметь добавить: «Знаешь, почему им удался этот тачдаун? Потому что в том последнем розыгрыше в защите они пошли в "ред-дог"!» В «ред-дог»? Да, вам стоит знать, что значит «ред-дог» (буквально «красная собака»). И нет, это не значит поливать кетчупом дворняжку на переднем дворе! Вам стоит разбираться в этом.

Послушайте, если ваш муж любит бейсбол — изучите бейсбол. Если ваш муж любит рыбалку, то, когда он вытащит ту крохотную пятнадцатисантиметровую рыбешку, вы должны воскликнуть: «Вот это кит! Глянь на него!» Вот для чего вы здесь.

Вы скажете: «Я просто не такая».

Знаю. И счастливым типом людей вы тоже не являетесь.

«Я просто не так устроена».

Знаю. Мы все изрядно испорчены. Нам всем полагается исправлять самих себя!

Вы возразите: «Вы просто стараетесь угодить мужчинам».

Вовсе нет. Самое первое, что я сказал: ничто и никогда не бывает счастливо, пока не исполнит цели, ради которой создано.

«Он никогда мной не хвалится», — скажете вы.

Бог не создавал его, чтобы он хвалился вами. Не поймите меня превратно. Я считаю, это прекрасно, если он так делает, и было бы очень мило с его стороны, но это приятное дополнение. А хлеб насущный всей этой истины в том, что Бог создал ВАС, чтобы вы хвалились своим мужчиной!

«Ну, я не собираюсь слушать всю эту чепуху».

Не называйте это чепухой. Не я это написал. Я лишь пересказываю вам то, что написано в Слове. Бог сказал: «Мне нужна восполнительница для мужчины».

Восполните его в его увлечениях. Восполните его, когда он поймает рыбу. Когда он отобьет мяч, скажите: «Дай-ка потрогать твою руку!» Я говорю: залюбить и избаловать его до предела! Вот зачем Бог сотворил вас.

Мужчина — существо тщеславное. Мужчины любят приговаривать: «Моя жена только и делает, что прихорашивается, прихорашивается и прихорашивается!» Но рискните засечь время для обоих. Поставьте таймер на старика и на старушку и посмотрите, кто провозится дольше!

Я пользуюсь лаком для волос «Комманд». Сбрызну один волосок, а потом сбрызну другой! Пробор делаю ровно посередине — ровно посередине между этими двумя волосками. Я не расчесываю волосы, я их укладываю. Я укладываю все до волосинки. У каждого волоска есть строго отведенное ему местечко. Если хоть один выбьется из строя, сразу просвечивает весь череп. Если один маленький волосок торчит, я тружусь над ним. Достаю расческу, возвращаю этот волосок на место и тут же закрепляю лаком.

Спросите: «Зачем?»

Мы тщеславны!

Мужчины говорят: «Я не пользуюсь пудрой для лица».

А я пользуюсь. Я ежедневно пользуюсь тальком после бритья. Зачем? Не хочу, чтобы нос (или голова) блестели.

Я хочу сказать, что мужчина — тщеславное создание. Мужчина тщеславен, потому что Бог создал его тщеславным. Мужчина способен на большее, если подпитать его тщеславие. Когда игрок мчится с мячом к зачетной зоне, а девчонка на бровке кричит: «Ура, ура, ура! Беги, Джордж, беги!» — Джордж побежит быстрее благодаря этим выкрикам с трибуны.

Трагедия в том, что до свадьбы звучит: «Беги, Джордж, беги!», а после свадьбы: «А ну-ка, Джордж, шевелись!» В этом есть что-то глубоко неправильное. Продолжайте кричать: «Беги, Джордж!» Вот для чего Бог сотворил вас. Восполните его в его увлечениях. Нет на свете ничего, что мужественность ненавидела бы сильнее, чем поражение. Настоящий мужчина скорее умрет, чем потерпит провал. И теперь ваша работа — сделать так, чтобы он не провалился. Если ваш муж терпит неудачу, часть этой неудачи — ваша. Вы должны нести за нее ответственность, потому что Бог сотворил вас, чтобы помогать ему и восполнять его.

Вы говорите: «Я ищу мужчину определенного склада». Это все равно что врач, ищущий здоровых пациентов, сантехник, ищущий дом без протечек, механик, ищущий двигатель без стука, сапожник, ищущий ботинки без дыр, или парикмахер, ищущий лысого клиента! Вы ищите Божиего человека, а затем помогите сделать его таким, каким его хочет видеть Бог.

Это право каждого мужчины. У каждого только одна жизнь. Бог смотрит вниз и видит, что каждый мужчина неполноценен. Бог дает мужчине женщину, и эта женщина должна восполнить этого мужчину. Если вы не сделаете этого, этого не сделает никто. Если он умрет, так никогда этого и не получив, — это потому, что вы не дали ему этого. Вы отняли у него то, на что имеет право каждый мужчина. Право каждого мужчины — иметь ту, кто его восполнит. Вот зачем Бог сотворил вас!

Недавно ко мне в кабинет пришла одна женщина, и я открыл ей эту истину. Она заявила: «Я не собираюсь заниматься всей этой ерундой».

Я сказал: «Тогда предложу вам другой вариант».

Она спросила: «Какой?»

Я сказал: «Поезжайте вон туда, на мост через реку Чикаго, и спрыгните с него».

«Что?!»

«Идите и прыгните в реку».

«Зачем?»

Я ответил: «Вы попадете на небеса, а вашему мужу не придется жить в аду!» Послушайте меня — особенно вы, молодые девушки, незамужние девушки, вы, кто замужем совсем недавно. Я пытаюсь вам помочь. Я не пытаюсь отнять у вас какую-либо свободу. Я пытаюсь подарить вам свободу, которой вы никогда не вкусите, пока не станете тем, для чего вас сотворил Бог.

Я сказал той женщине у себя в кабинете на беседе: «Послушайте, вы стоите у него на пути. Ваш муж — хороший человек. Он не найдет себе никого другого. Вы стоите преградой к тому, чтобы у вашего мужа когда-либо была та, кто его восполнит. Право слово, милочка, в эти первые годы вашего брака куда лучше было бы вам пойти и спрыгнуть с моста, чтобы ваш муж еще при жизни смог обрести кого-то, кто замкнет его круг».

Милые дамы, у большинства из вас мужья — прекрасные люди. Разве не стыдно, если ваш мужчина проживет всю жизнь и умрет, так и не получив того, что принадлежит ему по праву? Как это печально! Какая трагедия! Как бы мне хотелось помочь вам осознать цель, ради которой Бог создал вас! Как бы мне хотелось побудить вас повернуться к своему мужчине и помочь сделать его всем тем, кем его хочет видеть Бог! Восполните его. Тогда вы узнаете, что значит быть счастливой.

Знаете, кто такие эти борцы за «освобождение женщин»? Это толпа запутавшихся женщин, которые пытаются найти счастье и терпят крах, потому что ищут его вне Слова Божиего и вне Божиего плана.

Вы говорите: «У меня тоже есть права!»

Нет, нету. Пока еще нет! У женщины нет в этом мире никаких прав, пока она не сделает этого. Проверьте по Библии. Всегда в Библии первое повеление дается тому, кто идет следом. В Эфесянам 5:22, например, сказано: «Жены, повинуйтесь своим мужьям». И лишь потом в Эфесянам 5:25 говорится: «Мужья, любите своих жен». Кто должен начать первым? Жена!

В Эфесянам 6:1 сказано: «ДЕТИ, повинуйтесь своим родителям». А затем в Эфесянам 6:4 говорится: «отцы, не провоцируйте детей ваших на ярость: но воспитывайте их в учении и вразумлении Господнем».

Что это означает? Бог дает первое повеление подчиненному. Он говорит: «Я хочу, чтобы первой свою работу выполнила жена». Это значит, у вас нет прав, пока вы не исполните свою задачу. Это значит, что Он хочет, чтобы ребенок проявил послушание первым. Это значит, Он хочет, чтобы ребенок слушался, даже если отец никогда не станет таким отцом, каким должен быть. Это значит, ребенок обязан слушаться несмотря ни на что!

Точно так же в Эфесянам 6:5 сказано: «Слуги, будьте послушны тем, которые являются вашими хозяевами согласно плоти». А уже в Эфесянам 6:9 господам дается наставление быть добрыми господами.

И вы, хозяева, поступайте с ними так же, воздерживаясь от угроз: зная, что и ваш Хозяин на небе; и нет лицеприятия у него.
Эфесянам 6:9 · Русский KJV

Бог всегда возлагает на подчиненного бремя инициативы и активного шага навстречу. Жены, делайте это первыми. Дети, делайте это первыми. Слуги, делайте это первыми.

Кто-то скажет: «Я хочу уже готового мужчину».

Готовых не бывает.

Кто-то жалуется: «Он не помогает мне по дому».

Он не был создан для того, чтобы помогать вам по дому. Если он хочет помогать вам по дому — это чудесный бонус, но в Божием замысле этого нет. Я не говорю, что ему плохо помогать вам по дому — думаю, для него это даже хорошо, — но в Писании этого от него не требуется.

Вы были созданы для него; мужчина не был создан для вас. Главное дело мужчины — снаружи. Главное дело женщины — внутри. Главное дело мужчины — не женщина. Главное дело женщины — мужчина.

И не мужчина был сотворен для женщины; но женщина для мужчины.
1 Коринфянам 11:9 · Русский KJV

Вы говорите: «Он не уделяет мне столько внимания, сколько я уделяю ему».

Библия не говорит, что он обязан это делать. Скажу иначе: станьте такой, какой должны быть вы, чтобы суметь сделать вашего мужчину таким, каким он должен быть для вас.

Вот почему девочек нужно учить угождать своим папам. Девочки, которые ухаживают за отцами, становятся лучшими женами. Маленькая девочка должна приносить отцу домашние тапочки. Мать обязана научить ее этому. Дочь нужно приучать: если папин стакан с чаем наполовину опустел, она должна подлить ему еще, угождать ему и баловать его.

Это важно не ради папы, а ради самой девочки.

Когда Синди и Линда были единственными детьми, жившими с нами дома, они всячески угождали своему отцу. Они меня баловали! Им нравилось делать мне приятное. А я наслаждался этим. Я хотел, чтобы мои девочки привыкли баловать мужчину, чтобы потом баловать своих мужей. Я хотел, чтобы они выработали привычку заботиться о нуждах папы и тем самым готовились к замужеству. Мне было приятно, что они балуют меня, но дело было не в этом. Я в десять тысяч раз больше хотел бы, чтобы мои дочери стали хорошими женами, чем хорошими дочерьми. Если каждая из дочерей станет для какого-то мужчины любящей, восполняющей, балующей и подбадривающей женой, тогда я почувствую, что мои девочки стали такими, какими их хочет видеть Бог.

Я всегда предпочитал, чтобы наши дочери пели дуэтом, а не сольно. Я хотел, чтобы они учились сливаться в гармонии. Вот почему я всегда радовался, когда они аккомпанировали на пианино, а не играли сольные партии. Я ничего не имею против женщин, поющих соло. Я благодарю Бога за женщин, которые поют сольно в нашей церкви, но считаю, что на каждое сольное выступление женщина должна тысячу раз спеть в ансамбле. Вот почему я всегда хотел, чтобы девочки играли в теннис в парном разряде, а не в одиночном. С самого их детства я хотел, чтобы они делились, были частью команды, поддерживали командный дух и помогали возвысить кого-то другого. Вот почему я хотел, чтобы они баловали папу. Мне никогда не было дела до того, победят ли они в каких-нибудь конкурсах красоты. Ваша главная задача в воспитании девочки — не в том, чтобы помочь ей стать счастливой, когда она вырастет. Ваша главная задача — научить ее, как сделать счастливым мужчину, когда она вырастет. Тогда и только тогда она сама будет по-настоящему счастлива и удовлетворена.

Вы спросите: «Брат Хайлз, как мне это сделать?»

Лучший способ — личный пример. Молодые мамы, у вас сейчас есть малышка в ясельной группе или в младшем классе? Лучший способ научить этих девочек однажды стать соответственной помощницей — самой быть ею прямо сейчас.

«Как мне приучить девочек следить за стаканом чая?» — спрашиваете вы.

Сами следите за стаканом чая.

«Как научить девочек баловать своих будущих мужей?» — спрашиваете вы.

Сами балуйте своего мужа.

Должно быть в мире хотя бы одно место, приходя куда, каждый мужчина чувствует себя героем. В самом прямом смысле — величайшим парнем на всей земле! Самым красивым мужчиной во всем мире! Самым сильным человеком из ныне живущих! Должно быть место, куда он может прийти, — убежище, где он почувствует, что он действительно чего-то стоит. Каждый мужчина имеет право быть героем хотя бы для кого-то! Для каждого мужчины Бог сотворил человека, который сделает его героем.

Как чувствует себя ваш муж сегодня вечером? Как чувствует себя ваш парень? Когда ваш мужчина переступает порог дома, он должен чувствовать себя героем-победителем, возвращающимся с поля боя. Он имеет на это право! Вот зачем Бог создал вас!

Бог сотворил мужчину и сказал: «Этому мужчине нужен кто-то, кто будет считать его самым потрясающим человеком на свете. Этому мужчине нужен кто-то, кто поможет ему. Этому мужчине нужен кто-то, кто восполнит его».

Без восполнительницы мужчина никогда не достигнет того, чего мог бы достичь.

Вы спросите: «Брат Хайлз, а я не замужем. Что делать мне?»

Вы можете стать такой, как Виола Уолден, Фейри Шеппард или Максин Джеффрис. Максин Джеффрис — женщина, которая руководит всеми нашими служениями для людей с ограниченными возможностями, — одна из самых женственных леди, каких я знаю во всем мире. Вообще-то Максин весит «чуточку» больше пятидесяти килограммов и не выигрывала конкурсов красоты. Она не Мисс Америка. (Хотя для некоторых из нас — да!) Она одна из наших сотрудниц. Ей за сорок. Максин никогда не была замужем, но она — настоящая помощница для Божиего человека!

Мисс Виола Уолден более сорока лет проработала у доктора Джона Р. Райса его административным помощником. Много лет назад в нее влюбился один врач и сделал ей предложение. Мисс Виола пришла к доктору Райсу и спросила: «Доктор Райс, как вы думаете, как долго я еще буду у вас работать?»

Доктор Райс ответил: «Что касается меня, у вас есть работа со мной до конца вашей жизни».

Мисс Виола вернулась к тому врачу и сказала ему: «Я не верю, что Бог хочет, чтобы я вышла за вас замуж». И все эти годы мисс Виола была верной помощницей для доктора Райса. Она была опорой и восполнением для его служения.

Женщина должна быть помощницей по самой своей природе! Я учу наших преподавательниц в старших и младших классах, чтобы мальчики в их классах, находясь рядом с ними, чувствовали себя более мужественными. Когда я был маленьким мальчиком, моя мама, благослови ее Бог, часто говорила мне: «Сынок, ты не откроешь мне эту банку с солеными огурцами?» И я открывал банку. (А в следующий раз, когда мама не знала, что я поблизости, я видел, как она открывала ее так же легко, как и я.)

Мама говорила: «Сынок, ты не откроешь мне это заклинившее окно?»

«Конечно!»

И она приговаривала: «Сынок, папы нет дома, а как хорошо, когда в доме есть мужчина!»

Простая правда в том, что моя мама была женственной. Она и сейчас такая. По сей день, находясь рядом с матерью, я чувствую себя мужчиной больше, чем когда я не рядом с ней. Ей уже за девяносто, но она женственна. Она — настоящая помощница.

Такой же должна быть и сестра для брата.

Вы скажете: «Ой, братья и сестры вечно дерутся».

А не должны! Жаль, что вы не видели стихотворение, которое Синди написала о Дэвиде, когда он женился. Синди с радостью работала под началом своего брата в Молодежном центре. (Брат Дейв — наш молодежный пастор.)

Даже если вы не выйдете замуж, правильная женщина все равно останется помощницей. Думаю, в этом и заключается подлинная женственность. Быть женственной — не значит быть застенчивой тихоней, слабачкой или хрупким неженкой. Быть женственной — значит быть сильной восполнительницей, той, у которой хватит сил сделать все самой, но она позволяет сделать это «ему» и отдает всю честь за это «ему». Это та женщина, которая может обыграть его в пинг-понг, но никогда этого не делает!

Однажды я играл в гольф с евангелистом Джимом Лайонсом. Он никогда еще меня не обыгрывал. С нами пошел семилетний Дэвид. Брат Джим опережал меня на три удара. Ему оставался короткий удар, чтобы победить меня. Дейв расплакался, потому что его папочку обыгрывали. Когда брат Джим замахнулся клюшкой, Дейв как заорет: «ЭЙ!» Джим вздрогнул и запулил мяч через весь луг! Ему потребовалось семь ударов, чтобы загнать мяч в лунку, и в итоге я обыграл его на четыре удара!

Именно так должна переживать за своего отца, своего мужа и своего брата каждая девушка, если она — восполнительница.

Однажды все мы предстанем перед судилищем Христовым. Бог поручил вам в жизни одно главное дело. Есть незамкнутый круг. В нем недостает части. Бог создал вас, чтобы добавить эту маленькую часть. Вы можете нарисовать сколько угодно кругов самостоятельно, но Бог не наградит вас, пока не будет замкнут этот круг. Женщина — восполнительница.

Несколько лет назад доктор Джон Райс, Билл Харви и я были на конференции в Первой баптистской церкви Темпл-Хайтс в Тампе, штат Флорида. Мы с доктором Райсом были главными спикерами. Во вторник в полдень для всех проповедников и их жен устроили обед со стейками. Доктор Райс, певец Билл Харви и я сидели за главным столом вместе со служителями церкви и их женами. Внезапно, пока мы ели стейк, я услышал, как кто-то страшно закашлялся. Я обернулся! Один из помощников пастора побелел как мел и бросился к двери. Дверь была заперта! Вдруг мы поняли, что случилось. У него в горле застрял кусок стейка. Мы все бросились ему помогать, но тщетно. Люди впали в панику. Он был на волосок от смерти. И тут его маленькая жена вскочила со стула, засунула палец ему глубоко в горло и вытащила этот кусок мяса! Вот для чего Бог сотворил женщину. Он создал женщину, чтобы она была тем единственным человеком, кто способен восполнить мужчину и сделать его тем, кем он должен быть.

Большинству из вас Бог дал мужчину. Ваш мужчина еще не цельный. Он даже еще не научился брать инициативу на себя. Однажды, когда вы предстанете перед Богом, дорогой Господь будет судить вас по тому, восполнили ли вы того мужчину, которого Бог вам дал.

Я хочу для вас самого лучшего. Я хочу, чтобы у вас была счастливейшая жизнь и сладчайшая вечность, но вы никогда не обретете их, пока не станете тем, для чего вас сотворил Бог. Ни одно творение, созданное Богом, никогда не будет счастливо или полезно, пока то, что выше его, не станет его господином.

Замысел Божий о вас — быть восполнительницей. Женщина была сотворена для мужчины — не для детей, не для дома, не для готовки; она была сотворена для мужчины!

Будьте восполнительницей.

Глава III. Требуется королева

В Песне Соломона 6:8 есть короткая строчка: «Есть шестьдесят цариц».

«Отец наш Небесный, я молюсь сегодня, чтобы Ты говорил к нашим сердцам необыкновенно нежно и, да, тихим голосом. Пусть Святой Дух витает близ этой кафедры, над этими скамьями и в сердцах и жизнях Твоего народа, особенно этих дорогих женщин. Во имя Иисуса, аминь».

Первый субботний полдень в истории существования мира. Телевизора нет, а значит, нет и субботних футбольных трансляций (за что вы были бы весьма признательны). Адам наблюдает за Божиим творением. Он замечает нечто необычное. Он замечает, что рыбы в воде плавают парами. Он окидывает взглядом небо и видит, что малиновки в воздухе летают парами. Он замечает, как на лугу резвятся белки — и они играют парами. Он видит полевых зверей, бродящих по лесу, — и они тоже ходят парами. Затем он погружается в сон и пробуждается, чтобы увидеть Еву — прекраснейшее и лучшее из Божиих творений!

Есть люди, которые хотели бы внушить нам, будто женщина стала для Бога запоздалой мыслью. Они хотят убедить нас, будто Бог сотворил все, остался недоволен тем, что забыл кое-что создать — сделал что-то не совсем так, — и вот, чтобы исправить Свою ошибку, сотворил женщину. И появилась она как довесок к творению, сбоку припека, этакая запоздалая догадка Бога. Это неправда! Знаете ли вы, что женщина — венец творения Божиего? Она была сотворена самостоятельным существом и, между прочим, вполне могла бы жить одна. Библия нигде не говорит: «Не хорошо быть женщине одной». (Жаль, что вы не знали этого много лет назад, правда?) Библия говорит: «Не хорошо быть человеку одному». Вспомните: мужчина был сотворен прежде женщины. В Божием устройстве мира важность и величие творения возрастали с каждым последующим днем.

Кто-то возразит: «О, но мужчина важнее женщины, потому что Бог сотворил мужчину первым».

Примените эту логику ко всему творению — и окажется, что бегемот важнее человека, потому что был сотворен до человека! Нет, Бог не создавал сначала самое важное, а напоследок менее важное; напротив, значимость творения нарастала по мере того, как Бог творил землю, луну и звезды, животный мир, мужчину и затем — женщину. Она стала последним из Божиих созданий и, разумеется, самым совершенным.

Бог называет ее царицей — не такой царицей, как царица Савская, или Есфирь, или Гофолия; не такой королевой, как Елизавета Английская или Мария Шотландская. Королеву делают не скипетры с бриллиантами, не мраморные троны, не бархатные мантии, не драгоценные короны, не императорские гардеробы, не придворные свиты, не ликующие подданные и не королевские кареты. Та королева, которую сотворил Бог, взмахивает иглой как скипетром, восседает в кресле-качалке как на троне, носит праведность вместо мантии, имеет своими подданными нуждающихся, а вместо короны увенчана кротостью!

Это высочайшее из всех созданий Божиих не правит миром — оно правит теми, кто будет править миром. Это высшее звено Божиего порядка не правит подданными — оно правит правителями подданных. Она не царь, но она готовит его к правлению. Она — царица царей. Она — госпожа господствующих. Она — самая венценосная особа из всех.

Где же правит эта королева? Она правит у семейного очага. Она правит у плиты. Она правит у изголовья постели. Она правит за столом.

В тех владениях, где правит женщина, мужчина править не способен. Недавно я сказал, что мужчине нехорошо быть одному. Чистая правда в том, что нет ничего более жалкого, чем мужчина, живущий один. Оставьте мужа одного на ночь, и он услышит все мыслимые шорохи. К вашему возвращению он подопрет дверную ручку стульями, а наутро позвонит заказывать охранную сигнализацию! Вот вы можете оставаться дома с незапертыми дверями, и вас это не особо волнует, а старине-мужу нехорошо оставаться одному. Его рука слишком груба, его шаг слишком неуклюж, а терпение слишком тонко, чтобы править там, где правите вы. Мы, мужчины, просто не умеем делать то, что умеете вы.

Можете пойти к нашей младшей дочери Синди, которая уже замужем и сейчас ждет ребенка. Если снимете с нее туфлю (не помню, на левой или на правой ноге) и снимете носок, то заметите, что между большим пальцем ноги и соседним с ним есть заметный зазор. Это случилось потому, что однажды, когда она была совсем крохой, я попытался править там, где мне было совершенно не место править и где я править не умел. Я заправил резинку носка между ее большим пальцем и следующим за ним, и так она проходила весь день напролет! Она была тогда совсем маленькой, но по сей день (а ей уже 21 год) там остался лишний промежуток! Все остальные пальцы вместе, а большой палец на той ноге — сам по себе. Я к тому, что полез править туда, где не умею править!

Вы могли бы править на мужском троне. Если вы будете добиваться этого, как некоторые женщины добиваются принятия Поправки о равных правах, вы сможете делать то, что делаем мы. Королевы правили целыми странами, но мужчины никогда не правили кухнями. Женщины могут занять место мужчин, восседать на их тронах, вершить власть их скипетрами и носить их мантии, но мужчины не способны править там, где надлежит царствовать женщинам. Если бы мы попытались принять Поправку о равных правах для мужчин, мы не смогли бы править в ваших владениях. Мы не годимся для этого. Как грубо мы подоткнули бы вам одеяло! Как громко бы разговаривали у постели больного! Мы сунули бы градусник в ухо. Мы просто не умеем делать то, что умеете вы! Нам необходим кто-то другой на роль королевы. И Бог сотворил вас, чтобы вы были ею. Вы — высочайшее из Божиих созданий, а значит, последнее создание, сотворенное Богом, — по необходимости являетесь королевами, правящими на троне, на котором не сможет править никто другой.

Мальчик наступает ногой на гвоздь. Он не кричит: «Папочка!» (Папочка сам тут же закричит: «Мама!» или «Врача!») Папочка просто не будет знать, что делать. Мальчик кричит: «Мамочка!»

Маленький ребенок теряется в центре города среди огромной толпы покупателей. Он не кричит: «Папочка!» Он кричит: «Мама!», потому что когда кому-то нужна помощь, он зовет «главного начальника». Он зовет эксперта! Он зовет королеву!

Ребенок просыпается ночью с горячим лбом, больным горлом и головной болью. Тихий плач из детской зовет не «Папочку!» Он зовет «Мамочку!»

Вечер понедельника. Вы, как послушная жена, смотрите спортивное шоу Говарда Коселла. Вам до него дела нет. По-вашему, «крайний нападающий» (сплит-энд) — это вообще про секущиеся кончики волос, а «квотербек» — это когда в магазине вам возвращают четвертак сдачи. Вы ничего не смыслите в происходящем на экране, но с преданным видом говорите: «Мне нравятся ребята в красной форме. Они самые симпатичные». Вы болеете по незнанию, но болеете верно, потому что футбол в понедельник вечером — так себе развлечение, но он все же намного лучше суда по бракоразводным делам!

Герой футбольного матча возвращается на скамейку запасных. Он только что пробежал восемьдесят метров и занес тачдаун. Это огромный, плечистый детина. Из-под шлема торчит борода. Он выглядит как «Невероятный Халк». Он весит сто пятнадцать килограммов. Все игроки команды соперников дрожат, когда он выбегает на поле. Он возвращается к скамейке. На него налетают, обнимают, срывают шлем и ерошат волосы — и вдруг этот огромный зверь замечает, что на него наведена телекамера, и говорит: «Привет, мам!» И всегда так! Вы ни разу не услышите, чтобы кто-то сказал: «Привет, папань!» Мне все равно, кто это — «Злой» Джо Грин или Уолтер Пейтон, — всегда звучит одно: «Привет, мам!»

Что он на самом деле говорит? «Привет, королева». «Привет, правительница». «Здравствуй, Ваше Величество». «Здравствуй, единственный человек на свете, покоривший меня». «Здравствуй, та, что сделала меня тем, кто я есть». «Здравствуй, та, что заботилась обо мне, когда я был младенцем, кормила меня своей грудью, носила меня в своей утробе, выхаживала меня, когда я болел, не спала ночами, ухаживая за мной в хвори, вытирала мой горячий от жара лоб... привет, мам». Вот что он говорит.

Я читал 2 Царей 4:18–37, и меня поразил рассказ о мальчике из Сонама, работавшем в поле. Уверен, он был там вместе со своим отцом. Он смертельно заболел, и Библия говорит нам, что отец сказал: «Отнеси его к матери его». Постойте, ведь старик был прямо там, но сказал: «Отнеси его к матери его». Наверное, этот сонамитский отец сам и понес мальчика. Почему бы сыну не посидеть у отца на коленях и не сказать: «Пап, мне нехорошо»? Потому что папы не лечат! От пап не становится легче! Папы не умеют отирать лоб! Они утопят вас, пока будут обтирать лоб! Они не умеют этого делать, но есть королева, которая умеет. Она правит у изголовья постели, она правит за столом, она правит у очага, она правит у камина. Она — королева!

О, эти любящие руки, что освежают виски; этот любящий голос, что дарит бодрость; эти любящие уста, что шепчут утешение; эти любящие ладони, что растирают спину; эти любящие пальцы, что подают носки, тапочки, бинты, теплое питье и теплый хлеб!

Полночь. Мама и папа спят, и из детской раздается плач. Папа просто меняет тональность храпа. Мать тихонько встает, чтобы не разбудить папу, трогает горячий лобик, измеряет температуру, смачивает лоб прохладной водой или делает малышу обтирание медицинским спиртом, попутно сдерживая искушение выпить остатки самой! Она преклоняет колени у кроватки и шепчет молитву, чтобы Бог сберег ее малыша. Ребенок хнычет. Мать прижимает малыша к груди и плачет, расхаживая по комнате и качая его всю ночь напролет. Она пытается снова лечь в постель. Но едва она задремлет на пять минут, ребенок зовет: «Мама, мне жарко!» — и мама встает снова.

А когда наступает утро, папа просыпается таким свежим и отдохнувшим! Он смотрит на маму и говорит: «Хорошо выспалась? Чудесная была ночка для сна, правда ведь?»

Вы отвечаете: «Да!»

Он спрашивает: «А чего ты такая ворчливая?»

Вы царствовали. Вы исполняли свои королевские обязанности. Вы взмахивали этим термометром, как державный скипетр, и сидели на стуле у кроватки, как королева на своем троне.

Вы только что пережили девять месяцев мучений. Вы увеличились вдвое, покрылись пятнами по всему лицу, все девять месяцев чувствовали себя скверно — и вот теперь малышу две недели от роду. У него колики. Вы встаете ночью. Ваш муж храпит. Всю ночь напролет вы укачиваете ребенка. Вы перепробовали все. Давали грудь — не помогает! Развели смесь — не помогает! Попробовали пастеризованное молоко — не помогает! Вышли и подоили старую козу (не вашего мужа!) — не помогает! Сбегали вниз и принесли бутылку «Пепси» — не помогает! Всю ночь на ногах. И когда звонит будильник, ваш муж поднимается и говорит вам: «До чего же милостив к нам Бог, что дал нам такого крепко спящего малыша!» (Вы мысленно планируете убийство.) Почему? Вы правили на своем троне. Вы растили царя. Вы выхаживали великого дельца. Вы мерили температуру великому человеку Божиему. Вы грели бутылочку и кормили будущего гиганта-промышленника. Вы правили в своих владениях. Никто другой не сможет этого сделать!

Цари уходят со сцены — восходят другие цари. Президенты уходят — приходят другие президенты. Всегда найдется царь, чтобы занять место прежнего, но нет никого, кто заменил бы высочайшее из Божиих созданий.

Как раз когда я выходил из своего кабинета, Святой Дух подсказал мне живой пример. Кто-то подсунул под дверь кабинета письмо. Я не дам вам ни малейшего намека на то, кто его написал, но оно от одного из наших прихожан, который растит своего ребенка один, без королевы. Он пишет о футбольном матче выпускников нашей баптистской школы в Хаммонде.

(Я там был одним из чирлидеров! Кто-то сшил мне свитер точь-в-точь как у группы поддержки! На рукаве было вышито «Выпуск 1944», а на спине написано «Пастор». У меня были помпоны и белые кеды с синей отделкой. Когда девушки из группы поддержки выбежали на поле в начале игры, я вывалился следом за ними и прокричал пару кричалок. В перерыве у нас выступал духовой оркестр. Музыка играла из громкоговорителей, а некоторые сотрудники и дьяконы нашей церкви взяли в руки музыкальные инструменты и делали вид, что играют. У меня даже было соло на трубе! Джон Колстен, наш второй пастор, и Джон Пенли, один из наших дьяконов, были «мажоретками»! Они крутили жезлы, и все повеселились от души! Кстати, наша команда победила.)

Вот письмо, которое я недавно получил:

«Дорогой пастор Хайлз! Спасибо Вам за то, что устроили две последние футбольные игры вечером. Если бы не это, я не смог бы пойти посмотреть матчи. Последний раз я был на футболе в 1962 году, когда учился в Калифорнийском университете (Калифорния тогда обыграла Вашингтон 38:14). Брат Хайлз, спасибо, что угостили каждого из нас хот-догом и корневым пивом.

(Это был мужской вечер, и мы всем мужчинам и мальчикам бесплатно раздавали хот-доги и газировку.)

Передайте, пожалуйста, брату Колстену, брату Пенли и всем участникам оркестра Первой баптистской церкви, что я очень ценю то, как они валяли дурака...

(Вообще-то мы не валяли дурака — мы просто обнаружили, что были дураками с самого начала!)

...в тот пронизывающе холодный вечер, чтобы развлечь нас. Благослови вас всех Бог. Просто не могу передать, как сильно мне понравился этот вечер. Мне вообще никогда не удается куда-нибудь так выбраться. Правда, я пожалел, что у меня нет сына, которого можно было бы привести на игру. Но мне кажется, такие вечера, как вчерашний, дают мне чуть больше мудрости в понимании моей дочери, когда выпадает шанс своими глазами увидеть молодежь, с которой она проводит большую часть дня. Я смог услышать их и понаблюдать за ними вживую. Как же мне хотелось бы хоть на один денек пойти с ней в школу, посидеть на каждом уроке и посмотреть, как она общается с учителями и одноклассниками! Думаю, это помогло бы мне лучше понимать ее и больше ей помогать.

С самого июня мне приходится работать по десять с половиной часов в день, шесть дней в неделю, и у меня почти нет возможности проводить время с дочерью. Я вижу ее только мельком по утрам, а вечером слушаю, что было в школе, читаю ей Библию и наставляю ее — и я так безнадежно отстал с домашними делами.

(Как жаль. Он воспитывает дочь совсем один.)

Брат Хайлз, на свадьбе К. К. Колстен с молодым человеком по фамилии Кливер я слышал, как Вы сказали, что за все годы молились о К. К. больше, чем о ком-либо из молодежи, кроме Ваших собственных детей. Я и близко не такой человек, как Джонни Колстен, и у меня нет Элейн Колстен, которая помогала бы мне в этом деле. Поэтому, раз уж Вы молились о К. К. Колстен, не могли бы Вы, пожалуйста, молиться и о моей дочери, чтобы она выросла достойным человеком и стала такой женщиной, какой ее хочет видеть Бог? Мне нужна помощь. Мне кажется, в конце концов я не справлюсь, если не получу особой помощи от Бога.

Я тоже жажду сверхъестественного вмешательства. Брат Хайлз, хотел бы я, чтобы рядом был кто-то, кому пришлось прожить такую жизнь, какую я живу последние восемь лет. Такой человек понял бы мое отчаяние. Я часто дохожу до предела. Хотел бы я, чтобы Вы понимали, о чем я говорю. Не представляю, как одинокие женщины в одиночку растят детей.

Я не справляюсь. Я схожу с ума. Порой сомневаюсь, выдержу ли. Позвольте сказать, как сильно я благодарен за время, которое Вы уделили на уроке воскресной школы 7-й главе Притчей. Надо ли говорить, что я уже преподал этот урок своей дочери, хотя воскресенье еще даже не наступило! И я еще раз повторю его с ней по дороге в церковь в воскресенье. Пожалуйста, молитесь за меня».

Знаете, что нужно этому человеку? Ему нужна королева. Он правит во владениях, где не умеет править. Здесь нужно высшее творение Бога. Тот, кто был сотворен первым, с этим не справляется. Здесь нужна женщина, сотворенная последней — высшее Божие создание, самый могущественный Божий монарх, самая сильная Божия правительница — вот кто здесь нужен.

О, красота такой королевы! Это красота души, сияющая сквозь лицо.

Самое печальное зрелище на свете для меня — это женщина, потратившая свою молодость на поклонение собственной красоте и лицу. Ее чары начинают увядать. Она пытается замазать морщины и скрыть их, и все же, когда суровые стопы времени ступают на ее лицо, следы остаются, и она не в силах их спрятать. Однако время не властно изменить красоту, сотворенную добротой, состраданием, верой, любовью, нежностью, кротостью и благостью. Когда со щек сходит румянец, с лица исчезает молодость, из глаз уходит блеск, из походки пропадает легкость, у уголков глаз усаживаются «гусиные лапки» и оставляют свой отпечаток, и когда никакая штукатурка уже не может замазать трещины — остается красота в жизни той, кто правила достойно, и эту красоту не способны омрачить никакие морщины. Эту королевскую красоту не рассеют годы; она не ускользнет под натиском времени.

Некоторым из самых прекрасных женщин даже не хватает денег на прическу в салоне красоты. Ваши платья — с чужого плеча. И каждый вечер вы молитесь: «Отходя ко сну, молю я, душу сбереги мою. А коль умру до рассвета, возьми к Себе на небеса — и слава Богу за гаражные распродажи! Аминь».

Вы очаровательны! Многие из вас уже слишком немолоды, чтобы сойти за тридцатидевятилетних, но ни за что не признаетесь в своем возрасте. Признайся вы, что вам шестьдесят, мы бы и не поверили. Вы прекрасны. На вас лежит красота той, что восседала на троне.

Однажды мне довелось побеседовать с Гарри Трумэном. Он прожил еще некоторое время после того, как покинул Белый дом. Я летел из Канзас-Сити, штат Миссури, в Чикаго, и мы проговорили около часа. Знаете, от этого человека исходило особое сияние. Есть что-то особенное в человеке, который некогда был Президентом, который был лидером страны, а теперь уже нет.

Вы когда-нибудь задумывались вот над чем? Когда Библия говорит о красоте Иисуса, она не говорит, что волосы Его были черны как смоль. Когда Библия говорит о том, как прекрасен Иисус, она не говорит, что волосы Его были золотисто-русыми. Нет, когда она говорит о красоте нашего Спасителя, она говорит, что волосы Его были белы, как снег!

Голова его и волосы белы, как шерсть, белы, как снег; и глаза его, как пламя огня;
Откровение 1:14 · Русский KJV

Самые красивые женщины, каких я знаю, — это женщины, чьи лица отмечены печатью времени, чьи плечи ссутулились, а руки слегка дрожат, но они были королевами. Они восседали на тронах, владели скипетрами, правили своими домашними и исполнили то чудесное предназначение, что было дано высочайшему и благороднейшему из созданий.

Ваше призвание высоко. Да, у вас есть права, и если хотите, можете за них бороться. Можете получать равную плату за равный труд. Можете надеть брюки и отправиться работать на сталелитейные заводы, фабрики и автомобильные конвейеры. Да, вы можете быть мэрами городов, губернаторами штатов и президентами стран, но на какой бы трон вы ни променяли свой нынешний трон, это будет шаг вниз — ибо та, кто правит у изголовья кроватки, правит величественнее всех!

В День матери в 1975 году я сидел у себя в кабинете на рассвете и думал, как это обычно бывает в День матери, о прошлом. Я пытался написать стихотворение о маме, но у меня не получалось.

У нас дома стояло старое красное кресло. Оно было круглой формы. Спинка поднималась как раз до середины спины и состояла из тоненьких реек. Оно не было красивым, но это было единственное кресло, в котором мама держала меня на руках, когда я был ребенком. Мы хранили его много лет. И я решил позволить самому креслу написать стихотворение. Вот это стихотворение, написанное старым маминым красным креслом:

Пусть я не модный образец,
Но Койстал Матти Хайлз — вот спец! —
Растила сына тут.
Я не французский провансаль —
Простой трудяга, не хрусталь,
Но помнит каждый прут:

Как был кушеткой у врача,
Когда кричал Джек сгоряча
Через ее колено:
Она срывала прутик с ив,
Всю правду розгой прояснив, —
Растила неизменно.

Так в прежни дни велось у нас,
И, видя добрый плод сейчас,
Я счастлив, что помог.
Потом клала она тот прут,
Склонив чело в слезах: «Мой труд
Увидит пусть сам Бог!»

Качал я ночью напролет,
Пока со свечкой мама ждет,
Держа ладонь у лба.
Я видел кротость долгих бдений,
Всю царственность ее молений,
Когда идет борьба.

Я кафедрой не раз бывал,
Когда «отец-настоятель» вставал —
То мама шла в поход!
Топнет ногой, взовьет мольбы,
Чтоб вырвать сына из борьбы
И указать на Брод.

Я банком был десятки лет,
Где Джек хранил сомнений след
И страхи под замком.
Хоть я давно уж не скриплю,
А старомодный вид храню —
Молилась рядом с ним.

Я много лет стою пустым,
И хоть не раз был сжат до слез,
Тепло от тех времен.
С чердачной пыльной высоты
Хвалю Творца из темноты:
«Я счастлив, что служил!»

Старое красное кресло мамы было всем этим. Оно было кушеткой психотерапевта. Оно было кабинетом врача. Оно было судейской скамьей. Оно было трибуной адвоката. Оно было кафедрой проповедника. Но главное в том старом красном кресле — оно было троном, троном, с которого я видел, как королева правит своим домом.

Старое мамино кресло было троном, где она восседала и царствовала, выхаживая семь лет маленькую больную дочку Лорин. Оно было троном, где она держала на руках тельце этой дочери, когда та перестала дышать и в семь лет была уложена на детском кладбище. Оно было троном, где она прикасалась к горячему лбу малышки Хейзел, следующей дочки, которая сказала: «Мамочка, мне кажется, я поднимаюсь в небо к Иисусу» — и она действительно поднялась в небо к Иисусу, и во второй раз мама держала бездыханное тело дочери, сидя на своем троне. Оно было троном, где она молилась и правила с достоинством и где восседала как королева с красотой, которую не смогло стереть время, не смогли смыть слезы, не смогли омрачить испытания, не смогли угасить морщины и которую годы могли только приумножить.

Я завидую вам. Я всего лишь второй эшелон творения. Бог сотворил меня предпоследним. Главное событие Он приберег на потом.

Вы смогли бы делать то, что делаю я. Вы, женщины, могли бы проповедовать так же хорошо, как проповедую сейчас я, но я не смог бы править там, где правите вы, и я не смог бы царствовать там, где царствуете вы. Мои руки недостаточно нежны. Мой голос недостаточно ласков. Мое терпение недостаточно глубоко. Моей выносливости не хватит. Моя любовь недостаточно чутка. Мой голос не умеет так ворковать. Мои ноги не выдержат столько ходить.

Я снимаю перед вами шляпу и склоняюсь в вашем присутствии, о королевские особы. Мой наказ вам таков: вернитесь домой и осознайте то положение, которое даровал вам Бог. Возьмите свой скипетр! (Пусть это будет лопатка для жарки, половник или нож для чистки овощей.) Посмотрите на него и скажите: «Ты не нож для картошки — ты скипетр». Владейте им со всем достоинством царской особы. Когда вы встанете утром и наденете этот старый засаленный халат (пропитанный всеми жидкостями, известными человечеству), втайне мечтая, чтобы на День матери кто-нибудь подарил вам новый халат, потому что этому уже восемнадцать лет и он вот-вот рассыплется в прах — посмотрите в зеркало и скажите себе: «Королева облачилась в свою мантию!»

Спуститесь вниз, почитайте Библию и сядьте в то кресло, которое муж купил вам тридцать восемь лет назад! Взгляните на вылезающую наружу набивку, которую удерживает внутри лишь ваше присутствие (кстати, удерживает весьма надежно!). Выпрямите спину, сожмите в руке кухонную лопатку, посмотрите на свой старый засаленный халат и скажите: «Я — королева».

На съезде учителей в штате Северная Каролина я проповедовал о том, как важно быть учителем христианской школы. Почти вся моя аудитория состояла из школьных учителей. Я сказал: «Какая это честь — быть учителем, учителем христианской школы! Когда выйдете отсюда и вернетесь в свой мотель, подойдите к портье за стойкой и скажите: "Эй, приятель, знаешь, кто я? Я учитель христианской школы!" Пройдите по улице, остановите полицейского на углу и скажите: "Эй, дружище, знаешь, кто я? Я учитель христианской школы!"»

Когда я закончил проповедь, один из учителей подошел ко мне и попросил: «Не подпишете мою Библию?»

Я ответил: «С радостью».

Учитель спросил: «А не хотите, чтобы я подписал вашу?»

Я удивился: «Зачем?»

Учитель спросил: «А вы знаете, кто я?»

(Я все еще не сообразил — смотрел с глупым видом, что для меня вообще не проблема!) Я ответил: «Нет, не знаю. Кто вы?»

К моему радостному удивлению, учитель гордо сказал: «Я — учитель христианской школы!»

Тогда я сказал: «Подпишите, пожалуйста, мою Библию!»

И когда вы, милые дамы, поедете домой и остановитесь заправить машину бензином, скажите заправщику: «Эй, знаете, кто я?»

«Нет».

«Я — королева. Я правлю страной, которой не смог бы править Давид, не смогли бы править цезари, и где Дарий и Кир наделали бы глупостей».

«Какой же страной вы правите?»

«Я правлю у семейного очага!»

Глава IV. Свеча ГОСПОДНЯ

Я хочу поговорить с вами о секрете счастья и полноты жизни в любых отношениях. Вы найдете здесь философию, которая вполне способна преобразить любые ваши взаимоотношения. Притчи 20:27: «Дух человека – свеча ГОСПОДНЯ, исследующая все внутренние части чрева». Я хочу, чтобы вы обратили особое внимание на эти слова: «Дух человека – свеча ГОСПОДНЯ».

«Отец наш Небесный, в ближайшие несколько минут я возьму один стих из Писания — наглядный образ, который Ты дал нам, — и преподам урок, способный спасти десятки браков и подготовить к жизни десятки других. Молю, помоги мне точно знать, что говорить. Господи, у меня не хватит времени сказать все, что хочется, поэтому мне нужна мудрость, чтобы знать, что опустить. Молю, помоги мне остановиться и задержаться там, где нужно что-то подчеркнуть. Дай мне Свое руководство и помощь. Во имя Иисуса, аминь».

Незажженная свеча стоит во тьме. Кто-то подходит, чтобы зажечь ее. Он подносит огонь, и свеча поддается ему. Когда эта свеча подчиняется этой силе, она горит, дает свет и исполняет цель своего существования. Незажженная свеча не исполняет своего предназначения! Зажженная, она становится тем, для чего была сотворена; она исполняет свой долг и обретает полноту смысла своей жизни.

Не забывайте, Библия говорит: «Дух человека – свеча ГОСПОДНЯ». Я рад этому, потому что Бог есть свет и Бог есть огонь. Когда Бог являл Себя на земле, Он делал это, посылая огонь с неба. Ночью Бог был столпом огненным. Когда Иисус беседовал с учениками по дороге в Эммаус, они сказали: «Разве не горело в нас сердце наше?» Итак, когда дух человека отдает себя огню Божиему, только тогда он исполняет цель своего существования. Давайте отметим несколько истин о свече и огне.

Ибо Бог наш есть огонь поедающий.
Евреям 12:29 · Русский KJV

1. Когда две вещи созданы друг для друга, ни одна из них не является полной в одиночку.

1. Когда две вещи созданы друг для друга, ни одна из них не является полной в одиночку. Огонь был создан для свечи, а свеча была создана для огня. Свеча неполна, пока она одна; и огонь неполон, пока он один. До тех пор пока огонь не соприкоснется со свечой, ни огонь, ни свеча не обретают полноты.

Свеча — это символ духа человеческого. Пока дух человека не соприкоснется со своим Творцом и не войдет в совершенное единство с этим Творцом, он неполон, и человек не исполняет свое жизненное предназначение. Человек неполон без Бога. Христианин создан для того, чтобы покориться Святому Духу.

2. Полнота приходит только тогда, когда более слабое вещество покоряется более сильному веществу.

2. Полнота приходит только тогда, когда более слабое вещество покоряется более сильному веществу. Когда эти двое соединяются, не огонь становится свечой, а свеча становится огнем. Ничто в жизни не будет счастливо или полно до тех пор, пока не покорится той высшей силе, для которой было сотворено. Всякая проблема человечества проистекает из одной-единственной ошибки: более слабое не покоряется более сильному. Воск должен признать, что пламя превосходит его. Поэтому он уступает тому, что выше его, и благодаря этому свеча становится лучшей свечой, какой только может быть, и исполняет цель своего бытия.

Это верно в любых отношениях. Ребенок попадает в беду, когда не подчиняется матери и отцу. Человек попадает в беду, когда не покоряется своему Богу. Христианин попадает в беду, когда не покоряется Святому Духу. Гражданин попадает в беду, когда не подчиняется своему государству. Церковь попадает в беду, когда не покоряется своему пастору. Жена попадает в беду, когда не покоряется своему мужу. Первопричина всякой человеческой беды в том, что стоящий ниже и находящийся в подчинении отказывается покориться тому, кто сильнее или поставлен выше.

В Библии бремя инициативы всегда возлагается сначала на ведомого. Господь говорит, например, что мужья должны любить своих жен, но сначала Он говорит, что жены должны повиноваться своим мужьям. Он начинает с жены. Он начинает с ведомого. Почему? Ведомые гораздо легче воспитывают лидеров, чем лидеры — ведомых. Поэтому Бог приходит и говорит: «Мужья, любите своих жен», но прежде этого Он говорит: «Жены, повинуйтесь своим мужьям».

Подумайте о ребенке и его родителе. Библия собирается сказать отцу: «не провоцируйте детей ваших на ярость: но воспитывайте их в учении и вразумлении Господнем», однако сначала Бог обращается к ребенку. Первое повеление дано не отцу — первое повеление дано ребенку: «ДЕТИ, повинуйтесь своим родителям».

Бог знает, что важнее иметь правильного ведомого. Хороший ведомый будет слушаться, даже если у него не самый лучший руководитель. У слабого отца может быть послушный ребенок, если этот ребенок прежде всего наставлен в покорности. Господь обращается сначала к ребенку, а потом к родителю. Он обращается сначала к жене, а потом к мужу.

Бог хочет сказать работодателю, чтобы тот обращался с работником по справедливости, но прежде чем сделать это, Он обращается к работнику и говорит: «Будь хорошим слугой».

Слуги, будьте послушны тем, которые являются вашими хозяевами согласно плоти, со страхом и трепетом, в единстве сердца вашего, как Христу; Не с показной услужливостью, как человекоугодники, но как слуги Христовы; исполняя волю Божью от сердца; С доброй волей исполняя служение, как Господу, а не человекам: Зная, что какое бы доброе дело кто ни делал, то он и получит от Господа, подневольный ли он или свободный. И вы, хозяева, поступайте с ними так же, воздерживаясь от угроз: зная, что и ваш Хозяин на небе; и нет лицеприятия у него.
Эфесянам 6:5–9 · Русский KJV

Для жены непокорность — больший грех, чем для мужа недостаток любви. Для ребенка непослушание — больший грех, чем для родителя неспособность воспитать его в учении и наставлении Господнем. Для работника плохое отношение к работодателю — больший грех, чем для работодателя несправедливое отношение к работнику. Бог возлагает первое увещевание и первую заповедь на подчиненного — слушаться старшего. Человек должен прийти к Богу и принять Христа, и именно это дает начало спасению. Точно так же ребенок обязан слушаться родителей, даже если родители не такие, какими должны быть. Работник обязан трудиться на совесть, даже если начальник не таков, каким должен быть. Гражданин обязан соблюдать законы страны, даже если правители не таковы, какими должны быть. Церковь обязана слушаться пастора, даже если пастор, быть может, не такой сильный лидер, каким она хотела бы его видеть. Жена обязана повиноваться мужу, даже если он не такой сильный лидер, каким должен быть.

Только когда более слабое покоряется более сильному, это более слабое становится счастливым и исполненным. Такая полнота приходит лишь тогда, когда слабое вещество отдает себя в повиновение сильному.

3. Свеча пригодна к делу только тогда, когда она зажжена.

3. Свеча пригодна к делу только тогда, когда она зажжена. Молодые женщины, Господь возлагает основную ответственность на вас. Миссис Джон Райс говорит, что когда у супругов возникают проблемы, в 90% случаев это вина жены. Однажды я спросил ее: «Почему?»

Она ответила: «Дело мужа — за пределами дома, а дело жены — сам дом. Главный долг мужа в жизни — работать где-то вне дома, а работа жены — дом».

Это означает, жены, что вы станете счастливы только тогда, когда покоритесь этой высшей для вас силе. У вас нет никакого другого шанса стать счастливыми в этом мире. Вы должны прийти и сказать: «Мой муж — огонь, а я — свеча. Я отдаю себя ему».

Незажженная свеча крупнее той, что горит. Горящая свеча недолго останется большой: она отдает себя. Она буквально сжигает саму себя, но она исполняет свое предназначение, а незажженная — нет. Незажженная может быть красивее, может быть крупнее, и она даже прослужит дольше, но она не исполняет цели, ради которой создана! Она символизирует женщину, которая заявляет: «Не ему мне указывать, что делать!» Незажженная свеча олицетворяет собой движение за равные права.

Свеча была сделана не для красоты — она была сделана для горения. Свеча была сделана не для украшения — она была сделана для горения. Можете накрасить эту свечу помадой, но она не станет от этого прекрасной. Можете нарумянить эту свечу, но она не станет прекрасной и не исполнит свое предназначение. Можете надеть на эту свечу прелестную шляпку или нарядить ее в самое роскошное дизайнерское платье, но она не будет счастлива! Свеча счастлива и исполнена только тогда, когда делает то, для чего Бог ее сотворил. Не важно, чем еще займется свеча. Свеча может вступить в школьный родительский комитет, но счастлива не будет. Свеча может раз в неделю ходить в салон красоты, но счастлива не будет. Свеча может пройти курсы Дейла Карнеги — и все равно не будет счастлива. Она может читать лекции о правах женщин, но счастлива не будет. Свеча может научиться играть на пианино, но счастлива не будет. Она может научиться выступать с речами, но счастлива не будет. Свеча может даже вести урок в воскресной школе, но счастлива не будет. У нее может быть даже свой автобусный маршрут для сбора детей в церковь, но она не будет счастлива. Свеча может даже приводить души ко Христу, но счастлива не будет. Почему? Свеча была создана, чтобы подчиниться высшей для нее силе и тем самым дарить свет всем окружающим. Итак, свеча пригодна к делу лишь тогда, когда зажжена.

Позвольте мне прочитать вам письмо, которое я получил по почте. Вот наглядный пример свечи, которая не покорилась.

«Дорогой доктор Хайлз! Мне 24 года. Я студент-проповедник, которого Бог призвал к проповеди спустя полгода после того, как я три года назад обрел спасение. Я почувствовал побуждение поступить в один библейский колледж в одном штате. Я учился там, пока Бог не призвал меня стать пастором маленькой церкви. Меня рукоположили. Оттуда Бог повел меня обратно в один город в том штате, где я покаялся под проповедью доктора Джо Доу (я использую вымышленные имена). Тем летом я трудился в команде доктора Доу, а осенью поступил в Библейский институт Лето. Когда я поступил на учебу той осенью, я получил полную ставку в церкви в качестве помощника пастора и молодежного руководителя. Живя в том штате, я встретил замечательную девушку и женился на ней — на духовной девушке, девушке, любившей Иисуса Христа. Когда мы жили в Лето, я служил в церкви в одном местечке. Казалось, я стал отдаляться от личного благовестия и все глубже погружаться в книги. Спустя какое-то время я уже не делал того, чего хотел от меня Бог и для чего Он меня создал. Я перестал стучаться в двери и приводить людей ко Иисусу Христу. То, что я перестал быть таким человеком Божиим, каким должен быть, сказалось на моем браке. Сказалось до такой степени, что однажды жена сказала мне: если я не стану таким ловцом душ, каким меня хочет видеть Бог, она не сможет уважать меня как Божиего человека, и она думает...»

Перед нами муж, который не покорился. Бог призвал его приводить души ко Христу. Он был создан с этой целью. Но он отказался быть тем благовестником, каким призвал его быть Бог. И тогда все пошло наперекосяк! Почему? Бог призвал его проповедовать!

Вы запилите мужа до ухода из служения — и потеряете и мужа, и свою собственную жизнь, и свою собственную радость!

Бог призвал его проповедовать. Его свеча была создана, чтобы быть рабом Божиим и завоевывать души, но жена отговорила его от этого. Его свеча не была отдана высшей силе, и ее свеча не была отдана высшей силе. Вот что написано в письме дальше:

«Однажды днем, когда я уходил на занятия в колледж, мы с женой, похоже, пребывали во плоти. В тот день мы не читали Библию вместе и не помолились, как делали обычно. Я вышел из дома, не сказав ей, что люблю ее, и даже не попрощавшись. Добравшись до колледжа, я почувствовал себя скверно, поэтому позвонил домой, но никто не взял трубку. Я понял, что случилось что-то неладное. Я немедленно поехал домой и обнаружил, что моя жена покончила с собой».

Это был студент библейского колледжа. Его жена сказала: «Я хочу, чтобы ты был ловцом душ. Я хочу, чтобы ты делал то, для чего предназначен», — но он не делал этого, и она заявила: «Я не буду уважать тебя, пока ты не будешь делать то, что должен». Он не покорялся высшей силе над собой, и она не покорялась высшей силе над собой — и в итоге он потерял ее!

«Когда мы устроили ее похороны в ее родном городе на севере, я пришел за полчаса до того, как с телом пришли прощаться родственники и друзья. Я зашел в зал, положил голову на грудь моей жены в гробу и в глубине души надеялся, что она приподнимется, обнимет меня, поцелует, прижмет к себе, приголубит и скажет, что любит меня, но ее там уже не было — она была с Господом. Тогда я упал лицом на пол перед гробом и стал говорить с Богом. Там со мной произошло нечто, чего я не могу объяснить, но впервые в жизни я обрел всю полноту силы Божией — но какой ценой пришлось за это заплатить! Когда мимо гроба проходили ее друзья и родные, я стоял там как солдат, свидетельствуя и рассказывая им об Иисусе Христе. Я чувствую, доктор Хайлз, что Бог ведет меня в колледж Хайлза-Андерсона, чтобы больше узнать о Нем, научиться твердости характера и дисциплине и стать тем человеком, каким меня хочет видеть Бог».

Любой молодой человек, женатый на красивой женщине, хотел бы чаще бывать дома, а не на поле боя, служа Богу. И любая молодая женщина по плоти, естественно, хотела бы, чтобы муж сидел дома, но Бог создал Божиих мужей для Себя. Я не говорю, что мужчина должен пренебрегать своим домом. Я не говорю, что он должен пренебрегать детьми или женой. Я говорю, что когда доходит до того, что мужчина становится не тем, кем должен быть, а его жена — не той, какой должна быть, потому что более слабый не покорился более сильному, тогда несчастны оба, и ни один из них не обретает полноты жизни!

4. Свеча прекрасна только тогда, когда она зажжена.

4. Свеча прекрасна только тогда, когда она зажжена. Хотите быть красивой? Хотите быть очаровательной? Тогда будьте покорной. Фирма Helene Curtis не выпускает ни одного косметического средства, способного сравниться с покорностью, когда речь идет о том, чтобы сделать женщину прелестной. Компания Avon не знает ничего, что могло бы соперничать с кроткой покорностью в умении украсить женское лицо.

Я вспоминаю сейчас жену одного проповедника. Она была самой заурядной внешности. К тому же — настоящей пилой. Она вечно ворчала: «Тебя никогда нет дома! Ты все время пропадаешь! Ты меня не любишь, иначе оставался бы по вечерам дома!» (Может, поэтому он и не приходил домой!) Как-то раз он уехал на неделю проповедовать. Он вернулся домой около двух часов ночи — и увидел, что в доме горит свет! Проповедник не мог понять, что происходит. Он вошел в дом и увидел, что его жена сидит в гостиной, полностью одетая, словно собралась в церковь. Он спросил: «Что случилось? Почему ты не спишь в два часа ночи?»

Она сказала: «Выйди обратно и сядь в машину». Они оба сели в машину. Тогда она сказала: «А теперь вези меня в церковь». Он довез ее до церкви. Она сказала: «Теперь подъезжай ко входу на парковке. Выходи. Бери ключ и отпирай двери церкви». Он так и сделал. Она сказала: «Теперь включи свет», — и он включил. Она сказала: «Теперь пойдем со мной к алтарю», — и он пошел. Она преклонила колени у алтаря, положила руку на голову мужа и произнесла: «Дорогой Отец Небесный, сегодня ночью я возлагаю своего мужа на этот алтарь» — и отдала своего мужа Богу! Тем самым она получила лучшего мужа, но нечто дивное произошло и с ней самой!

Когда я увидел ее в следующий раз, я тут же подумал про себя: «Какая она красавица!» Никогда раньше я не замечал за ней особой красоты. Я тогда не знал обо всем, что произошло! Я сказал себе: «Святые небеса! Да она прекрасная женщина!» Я не мог поверить своим глазам. Я спросил ее: «Вы похудели?»

Она ответила: «Нет».

«Вы сменили прическу?» — спросил я.

«Нет».

«Что вы с собой сделали? Вы выглядите совсем другим человеком».

«Я выгляжу лучше или хуже?» — спросила она.

«Я никогда не видел, чтобы кто-то настолько похорошел!»

Тогда она сказала: «Я расскажу вам почему». И она поведала мне историю о том, как привела мужа к алтарю, возложила руки ему на голову и отдала его Богу. Она добавила: «Я счастлива как никогда в жизни».

Знаете почему? Она покорилась той высшей силе.

5. Зажженная свеча дает тепло

5. Свеча, покорившаяся высшей силе, не только прекраснее (сейчас я буду говорить с вами предельно откровенно), но и теплее всех! Знаете, кто такие фригидные женщины? Это непокорные женщины. Я занимаюсь душепопечительством как пастор уже более тридцати лет. Не счесть, сколько мужчин приходили ко мне в кабинет и жаловались: «Моя жена холодна. Моей жене не приносит радости близость». И я не знаю, сколько женщин приходили и говорили: «Пастор, я бы хотела радоваться близости, но у меня просто не получается. Если говорить с вами начистоту, мой муж меня совсем не волнует».

Знаете почему? Незажженная свеча всегда холодна. Теплой бывает лишь та свеча, которая покорилась высшей силе.

Я беседовал с сотнями женщин, которые даже не хотят, чтобы мужья держали их за руку, или которым это абсолютно безразлично. Каждая из них хотела бы трепетать, когда муж берет ее за руку. Каждая хотела бы замирать от счастья, когда он целует ее, но ничего не выходит. Они спрашивают: «Что со мной не так?»

Я никогда не копаюсь в биологической стороне вопроса — я работаю над стороной покорности. Это естественно как дважды два: когда свеча соприкасается с огнем и отдает себя высшей силе, тепло появляется само собой. Физическая любовь, романтика, если угодно, во сто крат слаще для той молодой девушки или женщины, которая покорилась той высшей силе, для которой была создана. Свеча тепла только тогда, когда зажжена.

6. Свеча исполняется лишь тогда, когда отдает себя.

6. Свеча исполняется лишь тогда, когда отдает себя. Зажженная свеча могла бы возмутиться: «Да я просто рабыня!» или «Я просто сжигаю себя дотла!» Но она может сказать и иначе: «Я исполняю цель своего существования». На незажженной свече нет оплавленного верха, по ее боку не стекают капли расплавленного воска, она прямая и гладкая — но она не исполняет своего предназначения. Горящая свеча может даже слегка искривиться и потерять вид, но она исполнила свое предназначение, и, поступая так, она отдала свою жизнь!

У зажженной свечи могут быть огрубевшие от посуды руки, но она отдала себя, а потому прекрасна и счастлива. У нее может появиться пара лишних морщинок от тяжкого труда, но она отдала себя и исполнила свое предназначение в жизни.

Миссис Чарльз Хэддон Сперджен в последние годы служения своего мужа стала инвалидом. Ее муж находился на вершине своего служения и много времени проводил в разъездах. Миссис Сперджен начала немного роптать. Кто-то пришел к ней и сказал: «Миссис Сперджен, что с вами случилось? Вы утратили свой свет». Миссис Сперджен пожаловалась, что прикована к инвалидному креслу, больна, большую часть времени проводит в постели, а Чарльз Сперджен почти все время в отъезде. И тогда однажды кто-то пришел, поговорил с ней и сказал: «Миссис Сперджен, Чарльз Хэддон Сперджен — величайший дар, который есть у Англии! Разве вы не хотите стать величайшей дарительницей Англии? Поскольку ваш муж — величайший дар Англии, вы можете быть величайшей дарительницей Англии» — и это сработало! Рассказывают, что миссис Сперджен отдала своего мужа. И, отдав мужа, она вновь обрела мужа — и получила от него больше внимания, чем когда-либо прежде. Она получила больше нежности, чем знала до этого. Когда она сидела в инвалидном кресле и лежала на кровати, на лице ее сияли покой и красота, потому что она отдала себя и своего мужа ради Англии.

Молодые девушки, сделайте из своего мужа величайший дар, какой только сможете сделать. Отдайте его Богу. Тогда однажды, уходя из жизни, вы сможете сказать: «Течение совершила».

Сражением добрым я сражался, дистанцию свою завершил, веру сохранил:
2 Тимофею 4:7 · Русский KJV

Мятежная жена никогда не бывает счастливой женой. Мятежный ребенок никогда не бывает счастливым ребенком. Мятежный гражданин никогда не бывает счастливым гражданином. Мятежный член церкви никогда не бывает счастливым членом церкви.

Необъезженная лошадь не бывает счастливой лошадью. Лошадь счастлива только тогда, когда она объезжена и покоряется мягкому движению руки хозяина, потягивающего поводья. Лошадь, которой хозяин может приказывать и управлять ею, получает больше ласки, чем лошадь, которая пятится, фыркает и брыкается. В жизни лошади наступает момент, когда она решает: «Я уступлю. Пожалуй, я буду счастливее, если покорюсь руке того, кто держит поводья». И именно такой лошади хозяин гладит гриву. Именно такую лошадь хозяин треплет по морде. Именно такую лошадь хозяин похлопывает по бокам. Именно такой лошади хозяин расчесывает гриву. Вот какая лошадь счастлива.

Счастлив тот ребенок, который покоряется воле мамы и папы. Счастлив тот гражданин, который покоряется воле государства. Счастлив тот член церкви, который покоряется руководству пастора, и счастлива та жена, которая покоряется воле своего мужа.

Вот в чем трагедия. Если хотите, вы можете ждать со спасением до двадцати пяти лет, и после двадцати пяти вы все равно сможете гореть для Иисуса; у вас будет столько же возможностей гореть для Него — вот только гореть для Него вы уже не сможете так же долго. Вы можете решить подождать и не покоряться высшей силе до тридцати пяти, и ваш свет все еще сможет сиять так же ярко — но гореть вы уже не сможете так долго. Если угодно, можете ждать до сорока пяти, прежде чем решите покориться высшей силе (будь вы гражданином, ребенком, женой или христианином), и вы можете сиять так же ярко — но не так долго. Можете прождать до преклонных лет и растратить впустую всю жизнь, и даже тогда вы все еще сможете гореть так же ярко, как прежде — но уже не так долго.

Придите ко Христу в юные годы, пока молоды. Отдайте Ему свою жизнь. Покоритесь Его руководству и позвольте Тому, Кто выше вас, стать вашим Господином!

Пока вы молоды, скажите мужчине, которого дал вам Бог: «Ты исполняй волю Божию для своей жизни, а я отдам свою жизнь тебе». Когда мужчина покоряется Божиему призванию, а его жена с любовью и покорностью отдает себя тому, кого избрал Бог, тогда оба могут ярко сиять вместе и исполнить замысел Божий о своей жизни; но ни один из них не будет счастлив, полезен, пригоден к делу или исполнен, пока более слабое не покорится более сильному.

Если вы нашли мужчину, для которого были созданы, вы никогда не будете счастливы порознь — но и вместе вы не будете счастливы до тех пор, пока вы не покоритесь, чтобы стать всем, в чем он нуждается. И тогда уже молодой человек говорит в ответ: «Ты помогла мне стать тем, кто я есть, и я буду беречь тебя и заботиться о тебе».

Я никогда не понимал, зачем людям ссориться. Никогда не понимал, зачем кому-то быть недобрым к другому человеку. Все наши перепалки, жалобы, ворчание, споры и эгоизм коренятся в одной истине: то, что ниже или слабее, не покорилось тому, что сильнее.

Вот в чем беда хиппи. Вот почему хиппи пробовал спиртное, длинные волосы, синие джинсы, потом одну дурь, потом иглу, потом таблетки, потом стимуляторы, потом транквилизаторы! Почему? Он не покорился.

Вот почему мятежные дети несчастны, и вот почему непокорные жены несчастны. Они не покорились.

Если вы составите список всех отношений, в которых вы подотчетны какой-либо власти, и примете решение покоряться этой власти — вы будете счастливы.

Когда доктор Джон Райс приезжает в нашу церковь, он слушается меня. Знаете почему? Неловко это говорить, но когда он приезжает сюда, его положение ниже моего. Когда у нас проходит заседание совета миссии «Меч Господень», я слушаюсь его. Почему? Когда я приезжаю туда, мое положение ниже его. У нас складываются счастливые отношения только потому, что он подчиняется мне в Первой баптистской церкви Хаммонда, а я подчиняюсь ему в Мерфрисборо, штат Теннесси.

Кто же я там, где я слабейший? Я христианин — значит, я должен покоряться Святому Духу. Я гражданин — значит, я должен соблюдать законы своей страны и уважать власти. Я член правления в «Мече Господнем» — значит, приходя на заседание правления, я должен уважать старшинство. В каждом случае я буду счастлив ровно в той мере, в какой я покорен и уступчив тому, кто поставлен надо мной. Девяносто пять процентов всех людей, с которыми я беседую о семейных проблемах, могли бы исцелиться, если бы просто сделали то, о чем я сейчас говорю.

То, что стоит ниже, всегда получает больше внимания и заботы от того, что стоит выше, когда покоряется этой высшей силе. В этом заключается философия государства, философия церкви, философия семьи, философия жизни, философия бизнеса и философия любого человеческого учреждения или дела, где есть руководитель и ведомый!

Глава V. Что еще можно было сделать?

ВОСПОЮ же горячо возлюбленному моему песнь возлюбленного моего о винограднике его. У горячо возлюбленного моего есть виноградник на очень плодотворном холме: И он оградил его, и очистил его от камней, и засадил его наилучшей виноградной лозой, и построил башню посреди него, и также сделал в нем винный пресс: и ожидал, чтобы он принес виноград, а он принес дикий виноград. И ныне, О жители Иерусалима, и мужи Иуды, рассудите, молю вас, между мной и виноградником моим. Что еще можно было сделать для виноградника моего, чего я не сделал в нем? почему, когда я ожидал, чтобы он принес виноград, он принес дикий виноград?
Исаия 5:1–4 · Русский KJV

Мы странные существа. Мы планируем, что будем делать... когда закончу школу, когда женюсь или выйду замуж, когда появится ребенок, когда дети подрастут и пойдут, когда дети пойдут в школу. Кажется, по большей части мы все время смотрим вперед. Это первая половина жизни. А вторая половина жизни, похоже, проходит в сокрушениях о том, что мы не сделали того, что планировали в первой половине жизни.

Кажется, мы никогда не делаем сегодня то, что вчера планировали сделать завтра — и завтра будем жалеть, что не сделали сегодня. Сегодня — единственный материал, из которого складывается наше вчера. Сегодня — это вчерашнее завтра, и сегодня — это завтрашнее вчера. Все то, что вы вчера планировали сделать сегодня, вы вспомните завтра — если сделали это.

Один из наших юношей, который промотал большую часть своей жизни в распутстве, своим образом жизни буквально свел отца в могилу раньше времени. Этот парень стоял в больничной палате, где только что скончался его отец. Он подошел к телу отца, еще не остывшему после смерти, и бросился на безжизненную грудь родителя. Он обнял отца, а потом взял руки отца и обвил ими себя, так что он сжимал отца в объятиях, а безжизненные руки отца свисали с его плеч. И парень повторял: «Обними меня, папа! Обними меня, папа! Обними меня, папа! Обними меня, папа!» Но было слишком поздно! Папа не мог обнять в ответ. Потом он прижался губами к застывшим в смерти губам отца и стал целовать его. Он шептал: «Папа, поцелуй меня в ответ! Поцелуй меня, папа! Папа, поцелуй!» Было слишком поздно! Папа не мог поцеловать в ответ! Папа уже никогда не поцелует в ответ.

Вопрос нашего текста: «Что еще можно было сделать?»

В старом гимне поется: «И когда там, у ног Его, я окажусь, пожалею, что дал Ему мало».

«Отец наш Небесный, на эти несколько мгновений мы останавливаемся, чтобы взглянуть на жизнь и исследовать, пожалуй, самый распространенный порок человеческой природы. Молю, чтобы за эти короткие минуты вместе мы извлекли такую истину, которая избавит нас от горького сожаления однажды: "Что еще можно было сделать?" Аминь».

I. Что еще можно было сделать для твоей матери?

Она лежит в гробу. Вокруг гроба цветы, а за вашей спиной стоят друзья и близкие. Вы идете по проходу в переднюю часть зала, чтобы проститься с ней. Вы прикасаетесь к глазам, которые первыми увидели вас. Вы смотрите на ее тело, которое было вашим первым пристанищем. Вы поглаживаете ее руки — руки, которые некогда были вашей Флоренс Найтингейл. Вы смотрите на ее грудь, на которой покоятся ее сложенные руки, и вспоминаете, что там был ваш первый обеденный стол. Вы смотрите на ее губы — губы, которые впервые сказали вам: «Я люблю тебя». Вы видите ее уши — уши, которые «несли ночную вахту», чтобы услышать ваш плач. Вы видите ее руки, сложенные на груди. Это те самые руки, которые обняли вас впервые, и это лицо, принявшее ваш первый поцелуй. Это щеки, согреваемые слезами о вас. Вы касаетесь этих щек, покрывшихся морщинами ради вас, и гладите волосы, поседевшие ради вас. И внезапно, впервые в жизни, вы осознаете, что у вас больше нет матери! В одно мгновение вы взрослеете. Теперь вы взрослый человек. Впервые в жизни вам приходится произнести: «У меня нет мамы». И тогда вы задаете вопрос: «Что еще можно было сделать?»

Тогда уже нельзя написать ей письмо. Тогда нельзя ее поцеловать. Нельзя ее обнять. Нельзя сказать ей: «Я люблю тебя!» Тогда уже нельзя позаботиться о ее нуждах. Нельзя позвонить ей издалека. Нельзя выписать чек, чтобы помочь ей деньгами. Все, что остается — смотреть, вспоминать и спрашивать: «Что еще можно было сделать?»

Не знаю, что будете делать вы, но я собираюсь постараться быть для моей мамы самым лучшим сыном, каким только смогу. Я не хочу однажды смотреть в лицо моей матери и жалеть, что не сделал больше.

Несколько лет назад я проповедовал в одном маленьком городке в Арканзасе. Вечером я вошел в церковь и увидел свой книжный столик в вестибюле. Ко мне подошла миниатюрная женщина и спросила: «Доктор Хайлз, не нужна ли вам помощь за вашим столиком с книгами?»

Я ответил: «Простите, но уже выбраны три женщины».

Она спросила: «А могли бы мы с мужем пригласить вас поужинать после вечернего служения?»

«Нет, простите, я не ем после проповеди».

«А можем мы пригласить вас на обед завтра днем?»

«Простите. Завтра у нас обед для проповедников и встреча в формате вопросов и ответов».

«А можем мы пригласить вас поужинать завтра вечером?»

«Нет, мэм, я не люблю есть перед проповедью».

«Тогда, может, мы отвезем вас в аэропорт в среду утром?»

«Нет, простите. Один проповедник, у которого трудности в церкви, попросил разрешения подвезти меня в аэропорт. Мне очень жаль».

Она опустила голову на руки, лежавшие на столе, и принялась стучать кулаками по столу.

Я спросил: «Милая женщина, почему вы плачете и почему так отчаянно хотите сделать что-то для меня?»

Она подняла на меня глаза и сказала: «Доктор Хайлз, вы меня даже не узнаете, да?»

Я ответил: «Нет, не узнаю».

Она сказала: «Узнаете, когда я назову вам свое имя», — и назвала себя. «Мы были членами вашей церкви в Гарленде, штат Техас. Мы обиделись на вас и на церковь. Мы ушли из церкви. Но с тех пор вы стали нашим любимым проповедником. Мы живем в Арканзасе. У нас есть собственный самолет, и мы летаем повсюду в радиусе четырехсот километров от дома, чтобы послушать вашу проповедь. Вы наш любимый проповедник. Боже мой! Мы не хотели проехать через город, чтобы послушать вас, когда могли это сделать — а теперь летим за четыреста километров, лишь бы услышать вас».

Какая трагедия, что большинство из нас сегодня пренебрегают тем, о чем завтра будут жалеть, что не ценили и не радовались этому, — а живем мы сегодня лишь тем, о чем мечтали вчера!

«Я не могу дождаться, когда у меня будет муж».
«Я не могу дождаться, когда выйду замуж».
«Я не могу дождаться, когда у меня будут дети».
«Я сделаю то-то, и то-то, и это, и вот это».

Большинство из нас строят планы, а потом оплакивают то, что так и не сделали запланированного.

II. Что еще можно было сделать для твоей дочери?

Она стоит у алтаря. Как же она прекрасна! Вы с любовью сидите на первой скамье, на месте матери невесты. Вы видите губы, которые когда-то складывались бантиком только для вас. Вы смотрите на ее грациозную походку в подвенечном платье и вспоминаете первые шаги, которые она делала, спотыкаясь по пути к журнальному столику. Вы слышите ее клятвы: «Я беру тебя в законные мужья, чтобы любить, беречь и слушаться, пока смерть не разлучит нас», — и вспоминаете время, когда этот голосок умел лепетать только: «Ой, ой, я тя лубу». Вы смотрите, как ее изящные ножки спускаются с верхней ступеньки лестницы, по которой она идет как невеста, и вспоминаете эти крохотные ступни, когда перебирали ее пальчики и приговаривали: «Этот поросенок пошел на рынок, а этот поросенок остался дома. Этот поросенок ел жаркое, а этот поросенок остался без ужина. А этот поросенок кричал "ви-ви-ви!" всю дорогу до дома». А если вы были чуть более начитанной и ученой, это звучало так: «Этот поросенок сказал: "Хочу кукурузы". Этот поросенок сказал: "Где ж ее взять?" Этот поросенок сказал: "В хозяйском амбаре". Этот поросенок сказал: "Я все расскажу!", а этот поросенок запищал: "Ви-ви-ви-ви-ви!"» Вы вспоминаете это, глядя, как она спускается по лестнице. Вы смотрите в ее прекрасные глаза и вспоминаете рождественское утро, когда еще до рассвета они увидели елку и все подарки под ней.

Невеста улыбается жениху, и вы видите зуб там, где раньше зияла пустота. Вы вспоминаете, как привязали один конец нитки к этому молочному зубу, а другой — к дверной ручке. Вы зажмурились и резко захлопнули дверь — и зуб вылетел! Вы вспоминаете, как этот зуб положили под подушку. Наутро она перевернула подушку — и там лежала монетка в пять, десять или двадцать пять центов (смотря по щедрости «зубной феи», жившей в вашем доме).

Глядя на стройный силуэт невесты, вы вспоминаете купания, которые устраивали ей каждое утро. Вот перед глазами она бежит в школу, а вот возвращается со сбитой коленкой. Вы вспоминаете ее первый фортепианный концерт, от которого Бах перевернулся в гробу. Вы вспоминаете первое свидание, первые туфли на каблуках, первые водительские права, фургончик с мороженым, автокресло, колыбельку и ее комнату, которая выглядела так, словно ночью там шла Корейская война.

И вот молодожены уезжают. Праздничный прием окончен. Брошен рис, уезжает машина, звучит «До свидания». А потом, когда все заканчивается, вы возвращаетесь домой. Ее комната превращается в святая святых, а каждая игрушка — в реликвию. Вы берете в руки ее любимую куклу, и кажется, она вот-вот заговорит с вами. И тогда вы задаете вопрос: «Что еще можно было сделать?»

Тогда уже слишком поздно усаживаться с ней и рассказывать ей о жизни. Слишком поздно прижимать ее к груди и говорить: «Я люблю тебя». Слишком поздно стать близкими. Слишком поздно молиться вместе с ней. Слишком поздно стать ее лучшим другом. Слишком поздно! Все, что остается — вспоминать, порой оплакивать, порой радоваться и задавать вопрос: «Что еще можно было сделать?»

1 июня 1979 года Синди (наша младшая дочь) взяла себе в мужья мужчину всей своей жизни. (У нас в церкви невесты проходят по проходу балкона, спускаются по открытой лестнице и идут по центральному проходу. Сразу за дверью балкона, чуть ниже по ступенькам, находится комната невесты. Отец встречает невесту у двери этой комнаты.) Когда пришло время мне снова там стоять, мы с Синди стояли перед дверью балкона, и она сказала: «Папочка, я хочу кое-что тебе сказать. У меня есть для тебя свадебный подарок».

Я спросил: «Что это, солнышко?»

Она сказала: «Через несколько минут я поцелую Джека, моего жениха, и хочу, чтобы ты знал до того, как это случится: это будет мой первый поцелуй в жизни. Я хотела подарить это тебе на свадьбу».

Мы вышли из двери балкона и пошли по проходу. Я поднялся на сцену и прочитал вот это стихотворение, которое написал тем днем:

Взгляните: вот идет мечтатель,
На дочку глянуть в тишине.
Прильнула ты к груди отцовской —
И воплотила сон во мне.

Мечтал я: станешь ты любящей,
Чтоб сердце папино согреть.
И вот уж чаша через край,
А то была лишь сна чуть треть...

Ведь столько ласки ты дарила,
Заботы, нежности живой;
Родство такое меж отцом и дочкой
Не часто встретишь под луной.

Мечтал я, будешь ты прекрасна
Лицом, и сердцем, и душой;
Гордиться может ли отец сильнее?
Исполнила ты сон и мой!

Мечтал я: чистой, непорочной
Ты станешь пред лицом того,
Кому подаришь дар бесценный —
Не купишь ни за что его.

И вот стоишь передо мною
В венце нетронутых доброт.
Спасибо, чистая голубка,
Мечте дала ты новый взлет.

Мечтал, чтоб преданной Христу
Была ты сердцем и умом,
Чтобы с здоровою душою
Войти в грядущий милый дом.

Я видел, как в ночном полумраке
Ты у постели на коленях;
На цыпочках я подходил к порогу
И слышал шепот твой в моленьях!

Я видел, как листала Книгу —
Ту, что всегда свежа, как май, —
И, видя слезы на ресницах,
Шептал: «Мечта, не улетай!»

Мечтал я, что Господь сберег
Тебе прекраснейшего мужа,
Чтоб доказать: награда ждет
Тех, кто прошел сквозь бурю, стужу.

И вот он рядом, милый друг,
Создан Творцом лишь для тебя.
Спасибо, зять мой дорогой,
Сбылась еще мечта моя!

Взгляните: вот идет мечтатель,
Еще одну мечту несет;
От вас теперь, родные дети,
Зависит снов дальнейший ход.

Моя мечта о тебе, дочка, —
Чтоб всю свою отдала жизнь
Тому, чтоб новый наш сынок
С женою верной ввысь стремился.

И, сын, мечтатель задержится,
Чтоб сон один тебе открыть:
Будь добр к ней и горячо люби,
Чтоб сны мои в явь воплотить.

Взгляните: вот идет мечтатель,
Другой мне снится эпизод:
Я вижу пару одинокую —
На тех Гавайях страх берет.

Картинка четче! Знаете, что?
Отличную нашел идею!
Мы вместе с вами полетим —
Медовый месяц поделить сумеем!

Подумайте, родные дети,
Как много сможем мы вдвоем,
Чтобы спасти от скуки вас
И в сказку превратить ваш дом!

III. Что еще можно было сделать для твоего мужа?

Женщина, у вас теперь новое звание — звание, о котором вы знали, что оно придет, ибо почти все женщины его получают. Рано или поздно его носят почти все. Это звание — «вдова». Вы достаете страховой полис и просматриваете его. Вы упаковываете его одежду и пытаетесь найти кого-нибудь его размера, кому она могла бы пригодиться. Вы идете в похоронный зал и видите застывшие руки, которые когда-то обеспечивали вас, и плечи, которые долгие годы несли бремя заботы о семье. Вы выбираете костюм, едете на кладбище, идете в управление социального обеспечения, стряхиваете пыль с черного платья и сидите в траурном зале, пока люди подходят выразить соболезнования. Вы снова перебираете его вещи, а затем задаете вопрос: «Что еще можно было сделать?»

Теперь уже слишком поздно прижиматься к нему в машине. Слишком поздно встречать его у порога объятиями и поцелуем и спрашивать, как прошел день. Слишком поздно дарить ему супружескую близость. Слишком поздно давать ему почувствовать себя героем-победителем, возвращающимся домой со сталелитейного завода или из столярной мастерской. Слишком поздно его подбодрить. Слишком поздно быть доброй.

IV. Что еще можно было сделать для твоего сына?

Вы сидите в актовом зале. Отзвучал торжественный марш, и вот перед вами сидят выпускники в мантиях и квадратных шапочках. «Неужели это он выпускается? Неужели он уже такой взрослый? Я не помню этих лет между четырьмя и восемнадцатью. Что случилось? Неужели я проспала все эти годы, как Рип ван Винкль? Посмотрите на его плечи — какие широкие и прямые! Какой же он статный! Как я горда!» Называют его имя. Он идет к сцене — а вы вспоминаете, как он делал первые неверные шаги. И вдруг нахлынули воспоминания: кабинет врача, праздник перед родами, одежда для беременных, соленые огурцы, арахисовое масло между двумя ломтями арбуза в полночь, утренняя тошнота, когда вас постоянно рвало. Были молитвы и подготовка детской комнаты. В два часа ночи начались схватки. Вы вспоминаете сумасшедшую гонку в больницу, когда вас остановил полицейский и спросил, куда вы так несетесь, а ваш муж ответил, что везет свою «больницу к младенцу, чтобы родить жену!» И глядя, как ваш сын протягивает руку за дипломом или аттестатом, вы вспоминаете боль, роды, легкий эфир, первый крик и слова медсестры: «У вас мальчик». Вы вспоминаете детскую кашку, пеленки, кормление, синие джинсы, игрушечную железную дорогу, баскетбольное кольцо, первое свидание, подработку разносчиком газет и колпак от колеса, повешенный им на стену. Вы мчитесь домой сразу после выпускного, потому что нужно помочь ему собрать чемоданы — он уезжает в колледж. Звучит «Пока». Вы убираетесь в его комнате и складываете вещи на хранение — бейсбольную перчатку, бейсбольные карточки, мелкокалиберную винтовку, шестнадцать фотографий его постоянных подружек — а затем ложитесь спать, ведь завтра день большой уборки. Будильник звонит, кажется, среди ночи — на часах шесть утра, но вам кажется, еще рановато. Вы вскакиваете и спешите в его комнату. Надо же ее убрать! Вы всегда это делали. Но там чисто! На кровати никто не спал! На стуле нет брюк! На полу не валяется рубашка! И тогда вы говорите, как сказал я:

Убрана комната, тихо и чисто,
Шмотки не жмутся у двери.
Нет колпака от машины на стенке,
Чисты обои, смотри.

Смятая койка заправлена гладко,
Выметен коврик, блестит.
Дверь в гардероб наконец-то закрыта,
И не видать нигде свит.

В ванной вода не бывает холодной,
Очередь больше не ждать.
Нет от мазута колец на эмали,
Полотенца не надо сбирать.

Не пробуждает меня по утрам
Мячик, летящий в стекло;
Стенки не стонут от звонких ударов —
В доме до жути светло.

Больше не жжет лихорадкой в ночи,
Стонов впотьмах не слыхать;
Споров нет за страницу про спорт,
И: «Пап, дай пятерку занять!»

Мячик бейсбольный окно не разбил,
След от шиповок исчез;
Крыша машины вмятин не ждет —
Бросок мимо цели не влез.

Нет от ботинок полос на стене,
Нет: «Пап, дай ключи от авто!»
Дверь на защелку заперта на ночь —
Больше не входит никто.

Полный кувшин на столе у нас с водой,
Сухо на плитке в душе.
Если захочешь отрезать батон —
Больше не только горбушка на блюде.

Только сдается мне, пол загрустил —
Пусто ему, как в пустыне;
Стулья тоскуют по грязным носкам,
Что не лежат на них ныне.

И полотенцам немил этот лоск,
Ванна взгрустнула о грязи;
Пол опечален немой тишиной,
С чистою пустошью в связи.

Койка тоскует по парню тому,
Кто на ней кавардак наводил;
Вытянута в струнку она на крахмале —
И отдохнуть нету сил.

Сам я уже начинаю нервничать,
Жду, чтобы грохнул в стену
Баскетбольный тот мяч, что бросал он с дружками,
Веселя всю нашу смену.

Ну а отец-проповедник, кого
Часто он ловко обводил?
Только теперь понял правду простую:
Больше всего я горбушку любил!

Вы смотрите на его фотографию и задаете вопрос: «Что еще можно было сделать?»

V. Что еще можно было сделать? — «Она сделала, что могла».

Она сделала, что могла: она пришла заранее помазать тело мое к погребению.
Марк 14:8 · Русский KJV

Проходят годы, и вы сидите в кресле в небольшой квартире. Рядом с вами сидят ваши сын и дочь. Поздний пятничный полдень, ложатся длинные тени, и солнце заходит. Ваша дочь собирается ехать на грандиозную женскую конференцию, которую проводят в церкви. Там ей должны вручить почетную докторскую степень. Ваш сын — занятой пастор этой церкви-организатора. Вы слишком слабы и больны, чтобы подняться и помахать на прощание, и слишком слепы, чтобы читать. Вам почти девяносто два, и вы знаете, что конец уже близок. Это была тяжелая жизнь. Вы похоронили двоих детей, мужа, двух братьев, сестру и большинство своих друзей. Вам больно. Вам одиноко, и вам немного страшно. Вы знаете, что идете на небеса, но вы никогда прежде не совершали этого путешествия, и дорога отсюда туда кажется вам довольно темной, и вы страшитесь этого пути. Вы молитесь: «Именно так, приди, Господь Иисус!» — куда горячее, чем в молодые годы. Вы оглядываетесь на свою жизнь. У вашего сына слишком много дел, чтобы остаться надолго, а дочери пора ехать за дипломом. И вот вы сидите. Вы слишком больны, чтобы поехать на эту конференцию, а если бы и поехали, слишком слепы, чтобы что-то увидеть. И вдруг вы оглядываетесь на свою прожитую жизнь — и тесная квартирка превращается во дворец, а старое кресло становится троном. Ваша дочь становится принцессой, а ваш сын — принцем. Царский писец разворачивает свиток, на котором записана повесть вашей жизни. И когда я раскрываю этот свиток, я вижу написанные там слова: «Она сделала, что могла».

Что еще можно было сделать?

Мой призыв к вам таков: живите сегодня так, как вчера планировали жить сегодня; живите сегодня так, как завтра пожелаете, чтобы вы жили сегодня. Тогда, когда вы скажете «Прощай» той, что подарила вам жизнь, вы сможете посмотреть в ее лицо и сказать: «Я сделала все, что могла». Когда вы скажете «Прощай» у алтаря той, кого качали на руках, пестовали и кормили своей грудью, вы сможете сказать: «Я сделала все, что могла».

Позвольте мне на пару минут поделиться с вами мыслями, которые нахлынули на меня, когда Синди шла к алтарю в подвенечном платье. (Она была последней из четверых наших детей, кто вступил в брак. Дэвид — проповедник. Бекки, Линда и Синди — все замужем за проповедниками.) Когда Синди и Джек пошли обратно по проходу, я тихонько усмехнулся тому, как неловко они попытались поцеловаться. Видели бы вы их! Они ведь никогда до этого не целовались. Знаете, что мне захотелось сделать в ту секунду? Мне захотелось вызвать на сцену школьную группу поддержки и устроить кричалку! На футбольных матчах мы ликуем после тачдауна, а на баскетбольных — после точного броска. Мне так захотелось вывести девчонок из группы поддержки и прокричать во все горло: «Ура, ура, ура-ура-ура! Ура, ура, ура-ура-ура! Ура, ура, ура-ура-ура! Девственница! Девственница! Девственница!» А потом, когда она удалилась со своим «похитителем», я стоял на сцене, смотрел им вслед и сказал сам себе: «Мне не о чем жалеть!»

Однажды эти деньки пролетят, и вы окажетесь у алтаря. Кстати, если вашему ребенку сейчас три года — это случится послезавтра. Если вашему ребенку сейчас десять — это произойдет сегодня после обеда. И тогда вы либо вслед за Давидом воскликнете: «О сын мой Авсалом, сын мой, сын мой Авсалом!… о, если бы Бог дал мне умереть вместо тебя…» — либо сможете сказать: «Слава Богу, я сделала это!»

Когда ее прекрасное лицо, изборожденное трудами, станет бездыханным и вы прикоснетесь к нему, вы либо спросите: «Что еще можно было сделать?» — либо скажете: «Как хорошо, что я сделала это».

«Что еще можно было сделать?» Вот та мысль, с которой я вас оставляю. Когда дни вашего супружества закончатся (а они закончатся), когда дни вашего материнства закончатся (а они закончатся) — я надеюсь, вы сможете сказать: «Слава Богу, я сделала все!» — а не: «Что еще можно было сделать?»

Настройки вида

Тема

БЕТАПрозрачность AquamorphicМатовое стекло для меню и панелей

Текст

Самый важный вопрос — это вопрос о спасении собственной души.

Образец размера и интервала

Настройки сохраняются на этом устройстве

КАК ПОПАСТЬ В РАЙ