Ненависть в жизни христианина

1. Пророчество генерала Бута: любовь без ненависти

Генерал Бут, знаменитый основатель Армии Спасения, еще при жизни высказал глубокое опасение относительно будущего Армии Спасения. Он сказал, что страшится того дня, когда Армия Спасения начнет проповедовать спасение без возрождения, веру без покаяния и рай без ада. Боюсь, что во многих отношениях его страхи оказались более чем обоснованными, ибо во многих случаях именно это мы сегодня и наблюдаем.

Но он мог бы добавить к своим словам еще кое-что, когда говорил, что боится, будто Армия Спасения в один прекрасный день — кстати, то же самое он мог бы сказать и о баптистской деноминации, и о методистах, и о пресвитерианах, — станет проповедовать спасение без возрождения, веру без покаяния и рай без ада.

Он мог бы сказать: «Я страшусь того дня, когда мы начнем проповедовать любовь без ненависти». Подумайте только: любовь без ненависти! Но ведь человек абсолютно, совершенно не способен любить, если он не умеет ненавидеть!

Это исключено! Никакое качество не может быть полным без своей противоположности. Нет верха без низа. Нет горячего без холодного. Нет большого без малого. Нет «внутри» без «снаружи». Нет высокого без низкого.

2. Противоположности и закон контраста

Вот, к примеру, я как-то ездил в Японию. Люди там такого невысокого роста, что когда я шагал по улицам японских городов, я чувствовал себя чуть ли не игроком баскетбольной команды «Гарлем Глобтроттерс»! Цветом кожи я, конечно, не вышел, но тем не менее я был самым высоким человеком на всей улице!

А уж доктор Биллингс и вовсе смотрел бы на жителей Японии сверху вниз. Я смотрел сегодня вечером, как он рассказывал о миссионерском служении и показывал миссионерское поле, — так вот, он определенно смотрел бы на них свысока.

Зарубите себе на носу, уясните это твердо: нет никакой заслуги в плюсе, если нет потенциального минуса! Позвольте мне повторить это снова: нет никакой заслуги в плюсе, если нет потенциального минуса!

3. В чем заключается подлинная добродетель?

Не существует терпения там, где нет самой возможности проявить нетерпение. Если человек лишен способности вспылить и проявить нетерпение, то в его терпении нет ровным счетом никакой заслуги. Нет никакого добра без потенциальной возможности зла. Какая заслуга в том, чтобы быть хорошим, если человек попросту не способен быть плохим? Какая доблесть в том, что слепой не ходит в кинотеатр, а одноногий не танцует на балу?

Пока у вас нет потенциала к дурному, в вашем добром нет никакой цены. К примеру, нет никакой заслуги в мужестве, если отсутствует возможность испытать страх. Нет никакой заслуги в кротости, если за ней не кроется скрытая сила. Нет никакой заслуги в доброте, если человек лишен способности разгневаться. Нет никакой ценности в улыбке, если человек не способен нахмурить брови. И нет никакой заслуги в любви, если вы не умеете ненавидеть!

Терпение без потенциального нетерпения — это всего лишь лень. Мужество без способности испытывать страх — это безрассудство. Кротость без скрытой силы — это пассивность. Доброта без способности праведно вспылить — это слабость. Улыбка без способности нахмуриться — это глупое неведение. А любовь без способности ненавидеть — это лицемерие!

4. Синтетическая любовь со значком-смайликом

Эта современная суррогатная, синтетическая «любовь», которая нацепила значок со смайликом и никогда не нахмурится при виде греха, никогда не заплачет о гибнущих грешниках, никогда не сожмет сердце состраданием, чье лицо никогда не исказится от скорби из-за ужасного состояния нашей катящейся в ад нации и этого заслуживающего ада мира, в котором мы живем, — такая «любовь» вообще никакой любовью не является!

Любовь, которую приходится рекламировать по телевидению, чтобы навязать обществу, — это не библейская любовь. Любовь, в наличии которой приходится искусственно убеждать людей, — это не библейская любовь!

Пока человек не дойдет до того, чтобы люто возненавидеть дьявола, он вообще не способен любить Бога! Пока человек не придет к тому, чтобы возненавидеть грех святой ненавистью, в нем нет ни капли библейской любви! Эта слащавая псевдолюбовь, которая твердит: «Любите всех подряд, включая дьявола», — не имеет ничего общего с Библией!

Она искусственная, она лицемерная, она противна Писанию, она сатанинская, она исходит не от Бога, она порождена дьяволом, это не настоящая библейская любовь! «Любовь», которая заявляет: «Да пусть себе этот мир катится ко всем чертям в ад, пусть коммунизм захватывает власть, пусть молодежь достается дьяволу, пусть хиппи беснуются, пусть революционеры диктуют свои порядки, пусть коммунисты выступают в наших университетских кампусах», — это вообще не любовь! Это абсолютно не библейская любовь!

5. Закон маятника: любовь и ненависть

Простая истина заключается в том, что у вас не может быть библейской любви, пока у вас нет библейской ненависти. Кстати говоря, мера человеческой любви к добру находится в строгой пропорции к его ненависти к злу. Сила любви, которую человек питает к Богу, в точности равна силе его ненависти к сатане!

Нельзя любить Бога на все сто, а дьявола ненавидеть лишь на чуть-чуть. Нельзя горячо любить праведность и добро, а нечестие ненавидеть лишь слегка. Нельзя сильно ненавидеть беззаконие и любить Бога лишь самую малость.

Я утверждаю следующее — ребята за пультом, убавьте микрофон чуть-чуть, самую малость, спасибо, — любовь и ненависть подобны качанию маятника. Когда маятник отклоняется в сторону любви, он с той же силой устремляется в обратную сторону, к ненависти. Это абсолютно равное расстояние от центральной точки!

Мать, любящая своего ребенка, люто ненавидит раковую опухоль, пожирающую ее тело и угрожающую оставить дитя сиротой. Садовник, любящий прекрасные цветы, ненавидит сорняки, заглушающие их рост. Автомеханик, влюбленный в машины, ненавидит ржавчину, разрушающую механизмы. Судья, почитающий правосудие, ненавидит преступление, попирающее закон. Врач, любящий пациентов, ненавидит смертоносные бактерии, убивающие больного.

Врач совершенно не способен любить пациента, не питая ненависти к микробам. Механик не может любить автомобиль, не ненавидя коррозию. Земледелец не может любить урожай, не испытывая ненависти к вредителям, уничтожающим посевы!

6. Проповедники без любви и местный вертеп

И точно так же нелепо рассуждать о пасторах. Бывает, люди приходят в нашу церковь и заявляют: «Знаете, я хожу в такую-то церковь. Вот у нашего пастора куда больше любви, чем у вас!»

Да нет у него никакой любви, если он не гремит против алкоголя! Нет у него никакой любви, если он не предостерегает молодежь от наркотического зелья! Нет у него любви, если он не сражается с безбожным коммунизмом!

И уж подавно нет у него никакой любви, если он не выступает против этого омерзительного, грязного, гнилого, сатанинского вертепа прямо здесь, под нашим боком — против этого подпольного салона «чувственности»! Проповедник, в котором действительно горит любовь, во весь голос гремит против зла и греха, предостерегая свою паству от опасностей, затаившихся во тьме, и от сатаны, стоящего за каждым грехом! Христианин, любящий Бога, ненавидит дьявола!

7. На чем строить церковь: глубина вместо компромисса

Я говорил сегодня утром: никогда еще за всю мою жизнь я не ненавидел дьявола с такой яростью, как ненавижу его сегодня! Никогда прежде! Я всем сердцем хочу, чтобы в Первой баптистской церкви города Хаммонд была огромная Воскресная школа.

Но разве я хочу — Боже упаси! — чтобы мы созидали церковь на мелких, поверхностных, закостенелых, компромиссных, услаждающих зудящий слух, почесывающих спинку, выпрашивающих медяки, елейных, выхолощенных проповедях, которые никогда не гремят против зла?! Никогда! Я хочу, чтобы при всем огромном количестве людей мы взращивали христиан правильного склада — людей с подлинной духовной глубиной и преданностью Богу, с неколебимой верой в эту Книгу, с жгучей ненавистью к греху и верностью библейскому отделению от мира; людей, которые ходят в чистоте и являют собой особенный народ в среде этого развращенного и безбожного поколения!

Я хочу, чтобы мы строились основательно, пока растем численно!

8. Пусть язычники беснуются!

Пусть язычники беснуются по поводу нашей погони за цифрами — лишь бы это не было правдой! Пусть язычники злословят, будто нас интересуют только рекордные показатели на доске посещаемости, — лишь бы это не было правдой! Пусть язычники клевещут, будто мы гонимся лишь за многотысячной толпой и не воспитываем стойких христиан, — лишь бы это не было правдой!

Пусть называют нас как им вздумается. Меня это нисколько не тревожит. Меня заботит лишь одно: чтобы их слова оставались чистой ложью, когда они бросают нам подобные обвинения!

Я хочу, чтобы мы воспитывали крепких христиан. И я хочу, чтобы прихожане Первой баптистской церкви Хаммонда были самыми прекрасными людьми в городе, самыми чистыми людьми в городе, самыми благородными, честными и обходительными гражданами!

Но я хочу, чтобы наши мужчины, когда они завтра придут на смену на сталелитейные заводы и там пустят по кругу бутылку спиртного, твердо сказали: «Нет! Я христианин. Иисус против того, чтобы я осквернял себя выпивкой!»

Я хочу, чтобы наши юноши и девушки в государственных школах, когда наступит вечер школьных танцев, устояли и отвергли искушение участвовать в этом греховном безумии! Я хочу, чтобы абсолютно каждый житель нашего города знал нашу позицию!

Мы твердо верим, что Библия — это непогрешимое Слово Божье! Мы ненавидим грех, ненавидим зло, ненавидим торговлю спиртным, ненавидим наркобизнес, ненавидим коммунизм, но мы любим Америку, любим наш флаг, любим порядочность и любим честь! Я хочу, чтобы весь город знал, за что неколебимо стоит Первая баптистская церковь Хаммонда!

Нельзя любить Бога, не питая ненависти к сатане! Вот почему я принципиально не ношу значок с глупой улыбочкой. А если я когда-нибудь и приколю значок со смайликом с одной стороны, то с другой стороны непременно нацеплю значок со свирепо нахмуренным лицом! И когда я прохожу мимо этого мерзкого вертепа, этого притона по соседству, я не улыбаюсь. Я жажду схватки, я хочу крови врага!

9. Сельский пастор из округа Ред-Ривер

В этом отношении я очень похож на того проповедника, историю о котором многие из вас уже слышали. Но я хочу, чтобы молодые проповедники здесь послушали ее еще раз. Да и сам я с удовольствием ее послушаю! Уж очень я люблю слушать свои собственные рассказы — больно складно они у меня получаются!

Так вот, в те далекие времена, когда я учился в колледже — кажется, это было еще в 1832 году, когда Авраам Линкольн ходил в безусых юношах... Ну а если серьезно, когда я учился в Восточно-Техасском баптистском колледже в городе Маршалл, штат Техас, к нам в городок приехал один мужчина с шестью детьми. И поступил в колледж!

Знаете, братья, меня просто из себя выводит, когда... Вот на прошлой неделе ко мне в кабинет зашел один молодой парень. Он обо мне наслышан. Я на него не держу зла, хотя на днях вспылил. Заходит и заявляет: «Я, наверное, брошу учебу в колледже». Я спрашиваю: «С какой стати?» — «У меня денег нет». Ох, братец, да если тебе нужно кормить только свой собственный рот, у тебя нет абсолютно никаких оправданий дезертировать с учебы! Ровным счетом никаких!

Так вот, когда я учился, приехал мужик: шестеро ребятишек на руках и никакой работы! И он умудрился прокормить всю ораву! Жену, правда, довел до истощения, но детишки питались от пуза! И вот этого человека рукоположили пастором в маленькую сельскую общину на северо-востоке Техаса, в округе Ред-Ривер. Кажется, она называлась баптистской церковью Редуотер.

А надо сказать, что до своего спасения этот мужик был отпетым, закоренелым сквернословом. Когда он обратился к Богу, благодать буквально перевернула весь его словарь! И вот однажды утром на богослужении в этой сельской церквушке этот вчерашний грешник, который уверовал совсем недавно и которому по-хорошему еще рано было становиться пастором — он был к этому попросту не готов, — проповедовал своей пастве о Голгофском кресте.

И вот он распаляется и говорит: «Знаете ли вы, что произошло на кресте?! Это дьявол возвел Иисуса на древо! Дьявол приволок Его туда! И дьявол вбил эти ржавые гвозди в Его святые руки и ноги!»

А этот пастор так беззаветно любил Господа! И он так разъярился на дьявола! Он кричит: «Дьявол вбил гвозди в Его ноги! Дьявол сплел колючий венец из терна и напялил эти шипы прямо на чело Иисуса! Дьявол сорвал с Него одежды! Дьявол натравил псов лизать Его раны! Дьявол заставил римского солдата взять копье и вонзить Ему прямо в бок!»

И тут он переводит дух и говорит: «А знаете, прихожане, что я думаю об этом дьяволе?! Я считаю, что он сукин сын, поганый разэдакий!..» — и как понес крыть сатану отборным трехэтажным матом! Послушайте, этот парень выложил все мыслимые ругательства, какие только можно услышать в кабаке, в портовом баре или в пьяной поножовщине!

Он крыл дьявола на чем свет стоит добрых пять минут без передышки: «Я считаю, что он такой-сякой, сукин сын и проклятый выродок!..» И внезапно до него дошло, что он творит! От лютой ненависти к дьяволу он совершенно забылся и сорвался на язык своей прошлой нечестивой жизни!

Он мгновенно осекся, захлопнул Библию, сунул ее под мышку, ссутулил плечи, прищурил глаза — ровно настолько, чтобы видеть проход, — спустился с кафедры, прошагал по центральному проходу, выскочил из церкви, прыгнул в свою колымагу и дал по газам!

Народ в зале сидел как громом пораженный. Можете себе представить, что бы началось здесь сегодня вечером, если бы я прямо сейчас принялся материться за кафедрой? А?! Вся община онемела от шока и не верила собственным ушам.

А прямо здесь, в первом ряду, сидел председатель дьяконского совета. И вот, после пяти минут абсолютной, гробовой тишины, председатель совета дьяконов медленно поднялся со своего места, повернулся к собранию и произнес:

— Братья и сестры, я слышал ровно то же самое, что и вы. Я сидел все эти минуты и размышлял. Наш пастор только что употребил несколько чудовищных выражений в адрес дьявола. Но знаете, чем больше я об этом думаю, тем сильнее убеждаюсь: я и сам отношусь к этому старому негодяю в точности так же!

Пастор выразил мои чувства на все сто процентов! Все мы знаем, что до своего покаяния пастор был отчаянным грешником и много сквернословил. Но я считаю, что мы должны возблагодарить Господа за проповедника, который так искренне и свирепо ненавидит дьявола! Я предлагаю немедленно послать за ним, вернуть его за кафедру и повысить ему жалованье!

10. Проповедники, атакующие дьявола в лоб

Пожалуй, сделаю важное объявление для всех молодых парней, будущих пасторов в этом зале: это далеко не самый надежный способ добиться прибавки к жалованью, когда вы выйдете на ниву служения! Но скажу вам положа руку на сердце: я несравнимо больше уважаю проповедника, который выйдет за кафедру и обложит дьявола крепким словом, чем этих ленивых пасторов, которые сегодня вечером прохлаждаются дома, пока двери их церквей наглухо заперты!

Я больше уважаю проповедника, который поднимется на кафедру и в сердцах выпалит: «Грязный сукин сын, дьявол!», чем того пастора по соседству, в Манстере, штат Индиана, который во всеуслышание объявил в местной газете, что читал свою проповедь по страницам журнала «Плейбой»! Впрочем, не стоит винить беднягу: страницы этого журнала он знает куда лучше, чем строки Священного Писания! Я больше уважаю пастора, атакующего сатану в лоб, чем того либерала, который готов уступить дьяволу кафедру для вступительной молитвы!

Я хочу внести полную ясность: любой человек, посещающий нашу церковь хотя бы месяц, прекрасно знает, как я люблю Господа. Они знают, как я люблю людей. Они знают, что я постоянно проповедую против пересудов, сплетен, критики и бессердечия. Я глубоко убежден, что ни один человек не имеет права питать злобу в своем сердце по отношению к любому живому существу! Мы призваны любить всех людей.

Но я также убежден, что в нашем поколении обязана подняться когорта великих церквей и бесстрашных проповедников, которые будут громогласно греметь против зла и нечестия, твердо противостоять греху, ненавидеть дьявола и бескомпромиссно бороться со всем тем, что разрушает нашу нацию!

И я прямо заявляю вам, молодые проповедники: если вы не намерены выйти из этих стен именно такими глашатаями правды, даже не рассчитывайте получить диплом нашего колледжа! В округе полно других заведений, куда я охотно могу порекомендовать вам перевестись. Но отсюда вы должны выйти, чтобы покрыть эту страну волной пламенных проповедей против греха, проповедей за святость и против всякого нечестия по всей нашей земле!

11. Что мы обязаны ненавидеть? Грех отступничества

Но что именно я должен ненавидеть? Вы скажете: «Брат Хайлз, хорошо, с этим мы разобрались. Нас убедили в необходимости ненавидеть. Но что конкретно подлежит нашей ненависти?» Ответ прост: вы обязаны ненавидеть то, что ненавидит Сам Бог!

Когда я начинал эту проповедь, мне пришла мысль, граничащая со святотатством: я едва не озаглавил свою весть словами «Бог есть ненависть». Разумеется, это было бы богословски неверно. Но непреложная истина состоит в следующем: Бог есть любовь, которой органически присуща ненависть! Сам факт того, что Бог беспредельно любит добро, означает, что Он люто ненавидит зло. Тот факт, что Он любит праведность, означает, что Он ненавидит всякую неправду!

Что же ненавидит Господь? Я перечислю вам несколько вещей. Я попрошу вас не шуршать страницами и не открывать сейчас свои Библии — я прочту тексты из своей, а вы просто внимательно слушайте. Что Бог ненавидит в первую очередь? Внемлите этому слову:

Вы слышали это?! «я ненавижу дело тех, кто сворачивает в сторону» Я проповедовал сегодня утром о дезертирстве, об отступничестве, о тех, кто опускает руки и поворачивает назад. Бог сказал: «я ненавижу дело тех, кто сворачивает в сторону» О чем здесь говорит Господь? Он ненавидит малодушие и капитуляцию!

Бог ненавидит, когда бросают начатое дело! Бог ненавидит, когда берутся за плуг, а потом все бросают и удирают домой! Но вы скулите: «Брат Хайлз, я так тоскую по дому! Я соскучился по мамочке!» Что ж, скучай себе на здоровье по маме, но бросать учебу не смей! Сдаться и сбежать может любой слабак!

Я говорил об этом утром и хочу, чтобы вся молодежь услышала это снова: я повторял и буду повторять это изо дня в день, пока вы учитесь в нашем заведении. Это вовсе не прощальная речь выпускникам, но послушайте: много лет назад я снял с полки толковый словарь. Взял острые ножницы. Открыл страницу на букву «С» и безжалостно вырезал слово «сдаваться» из своего словаря! Я не желаю видеть его, когда открываю книгу!

Затем я нашел букву «К» и вырезал слово «компромисс»! И позвольте мне сказать со всей прямотой: нет ничего столь же отвратительного в очах Всемогущего Бога, как человек, который взялся за дело, налег плечом на колесо, а затем бросил все и повернул вспять!

Не сдавайтесь! Не отступайте! Не бросайте начатого! Держите строй, оставайтесь в битве! Не смейте отступать!

Я сказал это утром и повторю снова: если вы решите бросить колледж и сбежать, даже не вздумайте подходить ко мне прощаться! Я даже запаха вашего не желаю чувствовать, когда вы будете уезжать из города! Если вы принадлежите к породе этих вечных нытиков: «Ой, я не выдерживаю нагрузки, мне нужно вернуться домой, я соскучился по маминым пирожкам», — убирайтесь из города глубокой ночью через сточную канаву! Развели тут клуб дезертиров!

Послушайте меня: если вы не способны выдержать в колледже несколько дней вдали от родного порога, вы гарантированно сломаетесь и спасуете, когда церковный дьяконский совет посмотрит на вас сверху вниз, задрав носы, и высокомерно процедит: «Молодой человек, вам лучше фильтровать свои проповеди за этой кафедрой!»

Вы спросите меня: «Брат Хайлз, неужели вам самому довелось пройти через такое в этой церкви?» Да, когда я только пришел сюда пастором, здешние дьяконы устроили совет. Поймите меня правильно: наши нынешние дьяконы, да благословит их Господь, ничего подобного себе не позволяют! Попробуй они такое выкинуть — завтра утром дьяконы висели бы рядком на бельевой веревке! Ни один человек в мире не имеет права диктовать служителю Божьему, что ему возвещать за кафедрой! Ни один смертный!

Так вот, в первые дни моего служения один здешний дьякон подошел ко мне и деловито заявил: «Мы тут посовещались и хотим собрать в понедельник вечером специальное заседание, чтобы разобрать и обсудить ваши проповеди. Вы не против?» Я с улыбкой ответил: «Да ради Бога! Прекрасная мысль!»

Во вторник утром он звонит мне по телефону и с недоумением спрашивает: «Пастор, а где же вы были вчера вечером?!» Я спокойно отвечаю: «Ходил по домам, благовествовал грешникам и спасал души для Христа!» — «Постойте, — опешил он, — но вы же сами сказали, что не возражаете против собрания по поводу ваших проповедей!» Я говорю: «Именно так. Я сказал, что не против вашего собрания. Но я ни словом не обмолвился, что собираюсь на нем присутствовать!»

Итак, запомните: что ненавидит Бог? Бог люто ненавидит капитуляцию! Бог ненавидит, когда берут класс Воскресной школы, а потом бросают его! Бог ненавидит, когда берут автобусный маршрут, а потом бросают его! Бог ненавидит, когда уезжают учиться в библейский колледж, а потом малодушно все бросают!

Бог ненавидит, когда поступают в христианскую школу, а потом бросают ее! Бог ненавидит, когда торжественно обещают отдавать Господу десятину, а потом бросают! Бог ненавидит, когда падают ниц перед алтарем, дают святые обеты Богу, а потом позорно нарушают их и отступают! Бог ненавидит уклонение вспять, Он гнушается этим!

12. Всякий ложный путь и чистота Евангелия

Во-вторых, что ненавидит Господь? Я прочту вам стих из Псалма 119:104:

каждый лживый путь! Бог питает ненависть ко всякому ложному пути! Когда священник встает за кафедру и внушает: «Придите в субботу на исповедь ко мне или к папе римскому, и священник отпустит ваши грехи», — знайте: Бог ненавидит эту ересь! Когда служитель заявляет за кафедрой: «Вы спасаетесь благодаря водному крещению, или крещение содействует вашему спасению», — Бог ненавидит это лжеучение!

Когда либеральный модернист разглагольствует: «Живите по совести, делайте все возможное; ведь Иисус пришел вовсе не для того, чтобы принести искупительную жертву за наши грехи, а лишь для того, чтобы научить нас достойно умирать; Он пришел не явить совершенную праведность, а преподать нам нравственный пример, и если мы будем следовать Его примеру, все у нас будет хорошо», — знайте: Бог люто ненавидит подобную проповедь! Он ненавидит всякий путь лжи!

Но Он безгранично любит путь благодати! Он любит план спасения, когда его возвещают в кристальной библейской чистоте! Человек по самой своей падшей природе является безнадежным грешником, идущим без Бога и без надежды прямиком в адское пламя. Но Бог во плоти сошел в убогие Вифлеемские ясли, прожил непорочную жизнь, исполнил весь закон, взошел на Голгофский крест и взял на Свои святые плечи грехи всего человечества — всех людей, которые когда-либо жили, живут и будут жить на этой земле!

И когда Бог Отец воззрел с небес и увидел Своего Сына, несущего на Себе всю скверну этого мира, Он отвернулся от Него! И Иисус возопил в смертной агонии: «Бог мой, Бог мой, почему ты оставил меня?» И в то же самое мгновение за ваши грехи и за мои грехи было уплачено сполна! Свершилось! Великая искупительная сделка состоялась: я принадлежу Господу, а Он принадлежит мне!

Вот что любит Бог! А все, что уклоняется от этой истины, есть ложный путь, и Господь ненавидит всякий путь лжи!

Люди нередко упрекают меня: «Брат Хайлз, вы постоянно критикуете другие деноминации!» Да ничего подобного! Я и баптистов критикую с той же беспощадностью! Я нападаю не на конфессии — я обличаю всякий ложный путь, потому что его ненавидит Бог!

Бог ненавидит учение, утверждающее: «Принимай таинства — и попадешь на небо», «ходи на исповедь или причастие — и заслужишь рай», «совершай добрые дела — и заработаешь спасение». Бог ненавидит эту ложь! И я ненавижу ее, и вы обязаны ее ненавидеть! Жизнь христианина, его способность ненавидеть, должна непременно включать в себя ненависть к малодушию и отступничеству, и ненависть ко всякому ложному пути!

13. Ненависть к мертвому ритуализму

Но есть и третье. Духовная жизнь верующего должна включать в себя непримиримую ненависть к пустому обрядоверию! Позвольте мне зачитать вам слова из книги пророка Амоса 5:21, 23:

Вдумайтесь: это говорит Сам Господь! Он буквально заявляет: «Ненавижу, презираю праздничные дни ваши, и не обоняю [жертв] на торжественных собраниях ваших.» Именно это Он и сказал!

Он продолжает: «Даже если принесете мне сжигаемые приношения и ваши хлебные приношения, я не приму их: и не посмотрю на мирные жертвы из тучных животных ваших». Заметьте, здесь речь идет вовсе не о студентках колледжа Хайлз-Андерсон — Писание говорит об откормленных быках, а вовсе не о наших девушках!

«Удали от меня шум песней твоих» Послушайте: Бог питает отвращение, когда кто-то поет в церкви гимны, в которые не вкладывает ни капли искреннего сердца! Бог ненавидит чинные распевы и мертвое обрядовое лицемерие людей, которые шесть дней в неделю живут как исчадия ада, а воскресным утром чинно усаживаются на скамьи, чтобы послушать торжественный хорал!

Бог ненавидит оперные завывания этой надменной солистки за кафедрой, которая всю неделю глушит коктейли и режется в карты, а в воскресенье выходит петь сольные партии!

Никогда в жизни не забуду, как однажды я проповедовал в одной церкви, и перед проповедью на сцену поднялась дама. Должен признаться: я терпеть не могу академические гимны в церкви — я люблю живую музыку госпел! Но эта дама встала и принялась выводить сложнейшую ораторию о том, как апостол Петр шел по воде.

Знаете, никогда еще мне не было так мучительно жалко бедного Петра! Вы отродясь не слышали подобной «ходьбы»! В ее вокальных руладах бедный Петр то взлетал куда-то в заоблачную высь над волнами и беспомощно зависал там, то с диким визгом рушился в самую бездну. Я сидел и думал: «Ну все, сейчас Петр гарантированно пойдет ко дну!» Честное слово, уж лучше бы эта певица утонула вместе с ним!

Бог ненавидит подобный фальшивый пафос! Но Господь бесконечно радуется, когда простые, искренние служители — такие как наш Рэй Бродвей — выходят к микрофону и с трепетом молятся: «О Господи, помоги мне, когда я пою сегодня для Твоей славы!» Вот такое пение угодно Богу! Но Он презирает этот застывший, напыщенный, лицемерный формализм, за которым нет ни живого трепета, ни подлинной любви к Спасителю!

Кстати, знаете ли вы, что вовсе не обязательно принадлежать к чопорной исторической конфессии, чтобы скатиться в поклонение, ненавистное Богу? Бог ненавидит, когда вы поете у нас в собрании знаменитый гимн: «Годы провел я в суете и гордости, не думая о том, что мой Господь распят на кресте...» — и затем безучастно бормочете: «Слава Богу за Голгофу». Зачем вы поете эти священные строки, если в ваших словах нет ни слезинки, ни благодарности?! Если вы не переживаете сердцем то, что произносят ваши уста, — Бог ненавидит такое неискреннее поклонение!

Он прямо сказал: «Ненавижу, презираю праздничные дни ваши, и не обоняю [жертв] на торжественных собраниях ваших. Удали от меня шум песней твоих; ибо мелодию виол твоих я не хочу слушать.» Вот почему я органически не переношу церковный формализм! Вот почему я никогда не нацеплю японское кимоно, чтобы выйти на эту кафедру!

Да вы только представьте себе нашего Джима Виньярда здесь на сцене в длинном купальном халате! А если бы доктор Биллингс нацепил архиерейскую мантию, он был бы похож на долговязого суслика, ныряющего в нору на заднем дворе!

Вы наверняка помните историю о деревенском проповеднике из глубинки Техаса. Он был простым сельским пастором — вроде меня, — и однажды поехал по делам на север. Там он зашел в богатую церковь и впервые в жизни увидел весь этот пышный церемониал: пастор и дьяконы вышли в длинных мантиях, хор облачен в сутаны, все поют по нотам строгими литургическими распевами, никто не смеет сделать лишнего движения. Наш простодушный техасец был буквально заворожен этим великолепием!

Вернувшись в свой техасский приход, он созвал дьяконов и воодушевленно объявил: «Братья, мы устроим у себя службу точно так же, как на севере!» Но денег на роскошные церковные облачения у сельской общины не нашлось, и дьяконы принесли из дома обычные банные халаты. Денег на серебряные кадильницы тоже не было, поэтому они взяли простые оцинкованные ведра, насыпали углей и зажгли внутри свечи. Вот такие у них вышли «кадильницы»!

И пастор проинструктировал служителей: «Когда настанет час общей молитвы, я встану за кафедрой и разведу руки в стороны. Под моими рукавами образуется крест. Как только вы увидите этот крест — торжественно выходите в своих халатах по проходу с ведрами в руках!»

И вот наступает воскресное утро. Пастор торжественно поднимается, простирает руки крестом, бросает взор в проход — а дьяконы шествуют к алтарю, но ведер у них в руках нет!

Что делать? Он не может просто прервать молитву и гаркнуть на весь зал: «Эй, мужики, вы куда ведра подевали?!» И тогда он решает пропеть свой вопрос возвышенным литургическим распевом, в точности как на севере!

И пастор благоговейно тянет: «О бра-а-тия, куда же вы дели кади-и-льницы?!»

А простодушные дьяконы хором на тот же мотив пропели в ответ: «Мы выбросили их в окно-о-о, когда раскали-и-лись донья!»

Бог ненавидит всю эту пустую бутафорию! Он презирает ее! Знаете, я от всего сердца желаю, чтобы каждая церковь, у которой есть подобные «кадильницы», выбросила их вон в окно! Я желаю, чтобы каждая церковь, где хор поет заученное семикратное аминь, а пастор расхаживает в купальном халате, выкинула эти тряпки на помойку! И чтобы каждая церковь, где в конце воскресной службы не звучит страстный призыв к покаянию, одумалась!

Я говорю вам со всей определенностью: настало время, когда по всей нашей стране мы должны твердо уяснить, что Господь ненавидит ханжеское лицемерие, за которым нет ни капли живой любви к Спасителю и жгучей ненависти к греху! Бог ненавидит это! И я ненавижу это вместе с Ним! Жизнь истинного христианина должна включать в себя ненависть к малодушию, ненависть ко всякому пути лжи и ненависть к мертвому ритуализму!

14. Злоба против ближнего и мерзости перед Господом

Но этот список на этом не заканчивается. Праведная ненависть включает в себя ненависть к злому сердцу против ближнего! Я не стану открывать книгу, но в Захарии 8:17 прямо сказано: мы обязаны ненавидеть злые замыслы в сердце против своего ближнего!

О, эта ядовитая дрянь, которая пытается угнездиться в вашем сердце против брата или сестры! Это злобное чувство, заставляющее вас недоброжелательно коситься на соседа; эта желчь, которая порождает непрощение, горечь и неприязнь по отношению к ближнему! Бог люто ненавидит эту заразу!

Когда я только что воскликнул: «Я ненавижу мертвые ритуалы!», — весь зал дружно подхватил: «Аминь!» Но послушайте, что я скажу вам прямо сейчас: Бог ненавидит эту тайную горечь, которую вы лелеете против ближнего, ничуть не меньше, чем ту раскаленную кадильницу!

Я знаю, что эти слова не срывают бурных аплодисментов, на них не так охотно кричат «аминь», здесь нет ничего смешного. Но Тот же Самый Бог, Который ненавидит фальшивую религиозность, Который гнушается всяким ложным путем и ненавидит отступничество, — Он ненавидит, когда верующие судят и поносят друг друга!

Я не говорю, что Он ненавидит самих людей. Он ненавидит критиканский дух! Он ненавидит сплетни, ненавидит горечь, ненавидит злобу и вражду! Он ненавидит все то мерзкое в наших сердцах, что сеет разделение среди детей Божьих!

В Псалме 119:163 сказано: «Ненавижу ложь и гнушаюсь [ею]». В книге пророка Иеремии 44:4 Господь взывает: «О, не делайте этого мерзкого дела, которое я ненавижу» — обличая идолопоклонство. В Псалме 119:113 написано: «Мысли суетные ненавижу». А в нашем сегодняшнем тексте Писание перечисляет целый ряд грехов, которые омерзительны Богу:

Вслушайтесь в эти слова: Бог ненавидит гордый взгляд! Он ненавидит надменный взор! Бог ненавидит гордость!

Позвольте мне подчеркнуть со всей ясностью: я ни в коем случае не считаю, что христианская смелость является гордостью. Я не считаю, что бескомпромиссная война с грехом — это проявление гордости. Тот малодушный человек, который боится выступить против греха из страха кого-то задеть или рассердить, — вовсе не смиренный праведник, он просто жалкий трус!

И эта показная фальшивая «скромность», которая не ненавидит грех, боится занять твердую позицию и не колотит кулаком по кафедре при одном упоминании дьявола, — не имеет никакого отношения к подлинному смирению!

Но вот надменную гордость Бог действительно ненавидит всей душой!

15. Смирение перед Богом: никаких «важных персон»!

Я думал об этом совсем недавно, когда перед этой кафедрой стояли наши труженики автобусного служения — те самоотверженные люди, которые каждое воскресенье встают ни свет ни заря, в немыслимую рань, чтобы сесть за руль автобусов и собирать детей по улицам.

А ведь многие из тех, кто только что стоял перед вами, — это преуспевающие, влиятельные деловые люди! Знаете ли вы, что один из братьев, стоявших в том строю, — практикующий врач? Он много лет руководит автобусным маршрутом в нашей церкви. Он сам зарабатывал себе на жизнь и учебу в медицинском институте, и при этом все студенческие годы неизменно нес служение на автобусном маршруте! Сегодня он дипломированный доктор, и каждое воскресенье он поднимается на рассвете ради этих ребятишек!

А знаете ли вы, что еще один из тех людей — один из вице-президентов всемирно известной корпорации отелей «Конрад Хилтон»? И этот высокопоставленный руководитель годами верно и смиренно служит простым капитаном автобуса в нашей церкви!

Я говорю об этом вовсе не для того, чтобы превознести их человеческие заслуги. Я хочу подчеркнуть: то, из-за чего люди мира сего обычно задирают носы и смотрят на других свысока, у нас в церкви не имеет никакой силы!

Позвольте сказать о нашем руководстве: доктор Гудингс, доктор наук, президент нашего колледжа. Знаете, когда я видел его самым счастливым и сияющим за последнее время? Сегодня днем, когда целая ватага бедных ребятишек из автобусов примирилась с Богом и приняла Христа у алтаря! Вот о чем болит его сердце!

А доктор Эванс — этот замечательный парень сегодня проповедовал, выступал на общестуденческом богослужении в четверг, наставлял студентов в четверг вечером, а после собрания подошел ко мне с искренним смирением на лице и тихо спросил: «Доктор Хайлз, вы слышали какие-нибудь отзывы о моей проповеди? Я так страстно хочу угодить Богу и донести до сердец студентов именно то, в чем они нуждаются». И с кротостью добавил: «Если вы заметите какие-то огрехи или подскажете, в чем мне нужно исправиться, пожалуйста, укажите мне на это!»

У нас здесь нет и никогда не будет «важных персон»! Если кто-то из преподавателей нашей школы возомнил себя незаменимой важной персоной — зайдите ко мне в кабинет сегодня вечером и заберите свой расчетный чек, сделайте милость! Если кто-то из профессоров библейского колледжа считает себя великой шишкой — загляните ко мне на пятнадцать минут. Обещаю вам: за четверть часа я быстро вышибу эту спесь из вашей головы!

Если кто-то воображает, будто докторская мантия делает его выше других, очнитесь: ученая степень не делает вас особенным человеком — она лишь свидетельствует о том, что Бог даровал вам возможности, которых, быть может, не имели другие!

А может, кто-то считает себя важным оттого, что у него тугой кошелек? Послушайте: в этом зале сегодня сидят люди, способные выписывать огромные чеки. Лично для меня чек на двадцать пять долларов — уже солидная сумма, а когда цифра переваливает за сотню, мне это кажется целым богатством! Но у нас на скамьях сидят люди, способные не моргнув глазом выписать чек на сто тысяч долларов и даже не заметить убыли! Мужики, ради всего святого, не стесняйтесь, жертвуйте почаще! Но они сидят в этом зале как простые братья.

Они прекрасно знают непреложную истину: в этой церкви им искренне рады, как и любому верующему, но они в то же время твердо знают, что нищий бродяга, который не может выписать чек и даже не умеет расписаться в ведомости, здесь столь же дорог, уважаем и желанен, как и самый богатый благотворитель!

Бог ненавидит надменный взор! Бог ненавидит эту спесь, внушающую человеку мысль: «Я лучше, чище и благороднее других!» Бог ненавидит все, что раздувает самодовольство и превозношение! Бог ненавидит гордый взгляд!

16. Сеяние раздоров между братьями

О чем еще предупреждает Писание? Что еще омерзительно Господу?

тот, который сеет раздор между братьями! Бог ненавидит людей, которые ходят по домам и нашептывают: «А вы слышали?.. Нет, вы только послушайте... Я-то его люблю, конечно, но...» Бог люто ненавидит тех, кто сеет семена раздора и вражды среди святых!

Вот главная причина, почему в нашем библейском колледже строжайше запрещено критиковать любого служителя Божьего, любую христианскую школу или любую поместную общину, которая твердо верит Библии! Пусть они не во всем согласны с нами в деталях; пусть у их парней стрижки чуть длиннее наших стандартов — мы будем непримиримо бороться против длинных волос у мужчин и коротких юбок у женщин, — но если они верят непогрешимому Слову Божьему, мы в нашем колледже никогда не позволим себе судить их и поливать грязью!

Мы не станем этого делать! Знаете почему? Мы никогда не будем сеять раздор между братьями!

В эти лукавые дни, когда сатана бросил все силы на то, чтобы погубить каждого из наших детей; когда ад опустошил весь свой черный арсенал против нашего подрастающего поколения; в эти дни, когда дьявол пытается украсть Америку, разрушить нашу христианскую культуру и превратить благословенную землю свободных и родину смелых в обитель бесправных рабов греха, — народ Божий обязан сомкнуть ряды! Мы должны любить друг друга, молиться друг за друга и стоять друг за друга несокрушимой стеной!

Мое сердце разрывается от боли, когда я вижу, как маститые мужи Божьи не способны ужиться друг с другом и опускаются до взаимных склок. Хватит! Настало время Божьему народу явить взаимную любовь, непрестанную молитву и братскую поддержку!

17. «На кого это он так разозлился?!» — Я ТОЖЕ В ЯРОСТИ!

Некоторое время назад в четвертом или пятом ряду от сцены сидела женщина. Одна из наших верных прихожанок привела ее в собрание — милую пожилую даму, католичку. Я не имею ничего дурного против этой дорогой женщины: она просто католичка, и это факт. Она сидела в зале, а я в тот вечер проповедовал с обычной экспрессией — знаете, как я это делаю: буквально «исцелял мертвых, изгонял больных и воскрешал бесов»!

Я гремел с кафедры на пределе сил, и эта бедная испуганная католичка повернулась к нашей сестре и в искреннем ужасе прошептала: «Господи помилуй, на кого это он так страшно разозлился?! На кого он так зол?!»

А наша прихожанка с улыбкой успокоила ее: «Да что вы, он вовсе не сердится! На самом деле наш пастор — добрейшей души человек!»

Аминь, аминь, аминь! Если вы мне не поможете, я сам себе скажу аминь! И она добавила: «Он просто так проповедует. Он ни на кого лично не злится».

И кто-то услышал этот разговор и передал его мне. Знаете, что я сделал? В следующую же пятницу я выкупил огромное рекламное место в городской вечерней газете и напечатал объявление: «В ВОСКРЕСЕНЬЕ ВЕЧЕРОМ ПАСТОР ДЖЕК ХАЙЛЗ БУДЕТ ПРОПОВЕДОВАТЬ НА ТЕМУ: “Я ТОЖЕ В ЯРОСТИ!”»

И я действительно в ярости! Я в ярости оттого, что меньше чем в пяти кварталах от места, где я стою сегодня за кафедрой, наглые безбожники осмелились попрать общественную мораль нашего народа и открыть так называемый «магазин для взрослых»! Да это книжная лавка преисподней, вот что это такое!

Я в ярости из-за этой мерзости и намереваюсь оставаться в ярости до конца своих дней! Если кому-то из присутствующих не по нутру то, что я говорю, и вы больше никогда сюда не придете — скатертью дорога, меня это ни капли не волнует! Если вам претит библейская правда и вам подавай слащавого, льстивого проповедника, щекочущего слух, — вам действительно лучше поискать другую церковь!

Но зарубите себе на носу: вам жизненно необходимо найти истинного мужа Божьего! Молодежь, вы там, на задних рядах, прекратите вертеться и слушайте меня внимательно! Сядь прямо, юная леди, — брюнетка возле прохода под нависающим балконом! Вам жизненно необходимо отдать своих детей под руководство мужа Божьего, который во весь голос гремит против развратной философии журнала «Плейбой»!

Я в ярости сегодня вечером из-за этого подпольного салона «чувственности», из-за всей этой похотливой сатанинской грязи! Вон там, под балконом, сидит маленькая девочка с ленточкой в волосах. Она невысокого роста, сидит прямо за другой девочкой. Девочка в очках перед ней, подними руку! Да-да, ты, которая оглядывается по сторонам. Пожалуйста, подвинься чуть-чуть вправо, чтобы не загораживать обзор. Вот так, молодец! А ты сядь прямо и смотри на кафедру!

Я ненавижу этот грех! Я прихожу в ярость, когда суды нашей страны выносят вердикты о том, что выставлять фотографии голых женщин на обложках журналов — это абсолютно законно, и позволяют выкладывать их на витринах в городском универмаге «Zayre», в аптеке «Barton’s» и в других магазинах города!

И вы думаете, я буду молча смотреть на это и не разверну войну против этой скверны?! Я никогда не допущу, чтобы мерзкий журнал «Плейбой» и раздетые девицы красовались на самых видных местах у касс, где наши мальчики и девочки вынуждены лицезреть эту грязь, без того, чтобы я не возвысил голос и не возопил против этого нечестия, развращающего наш край!

Я в ярости из-за этого! А вы тут устраиваете трагедии: «Ой, я, наверное, брошу колледж и уеду домой...» Вот ради чего я проповедую сегодня эту весть! Я обрезаю сухие сучья на дереве! Я выпалываю сорняки из церковного сада!

Вы скажете: «Но позвольте, я ведь член дьяконского совета!» Послушай, брат: если ты сидишь в дьяконском совете и не пылаешь ненавистью к журналу «Плейбой», ты заседаешь не в том совете и ходишь не в ту церковь!

18. Против чего горит мой праведный гнев?

Я в ярости!

Я в ярости оттого, что каждый год я аккуратно собираю все свои финансовые бумаги и несу их к бухгалтеру. Он составляет налоговую декларацию, и я до последнего цента выплачиваю все налоги: налог штата и местный налог, налог штата и федеральный налог. Я приезжаю на заправку купить галлон бензина и плачу налог в десять центов.

Я покупаю товары в магазине и плачу налог с продаж. Я оформляю номерной знак на автомобиль и выплачиваю акцизный сбор. И я вне себя от ярости, когда на мои кровные деньги строят новые учебные корпуса в Индианском университете, а затем приглашают туда грязных коммунистов выступать перед студентами!

Я в ярости из-за этого! Я в ярости оттого, что прямо здесь, в нашей городской старшей школе Мортона, приглашенным лектором выступал некий доктор Эллис из этой богомерзкой адской шайки СИЕКУС — организации секс-просветителей! Прямо в нашем городе! У этого доктора Альберта Эллиса в официальных публикациях черным по белому напечатано утверждение, что если бы он оказался на необитаемом острове с родной сестрой, он без колебаний вступил бы с ней в кровосмесительную связь! И этого негодяя приглашают читать лекции нашим детям!

Я в ярости оттого, что в некоторых наших средних школах — и я заявляю это на основании неопровержимых фактов — старшеклассников на уроках учат надевать презервативы!

Я в ярости! Я в ярости от этого омерзительного общества топлес! Я в ярости от официанток, щеголяющих с обнаженной грудью, и от купальников без верха! Я в ярости от грязного алкогольного бизнеса, который спаивает наш народ и миллионами отправляет души в преисподнюю! Я в ярости от наркомафии! И я в ярости оттого, что среди служителей катастрофически не хватает проповедников, способных встать во весь рост и громогласно восстать против этой бесовской мерзости! Я в ярости!

19. Воспитание детей и девочка на ящике

В жизни каждого христианина должна присутствовать правильная, освященная ненависть! Кстати говоря, знаете ли вы, что вы никогда не сможете воспитать праведных детей, если не научите их ненавидеть зло, ненавидеть неправду и ненавидеть грех?

В этом зале сегодня сидит множество прекрасных людей: вы порядочные, добрые, благовоспитанные верующие, вы читаете Священное Писание и регулярно молитесь, но вы ничему не научили своих детей в отношении ненависти к греху!

Доктор Джон Райс однажды очень метко заметил по поводу одного известного американского пастора: «Он превосходный оратор, но он слишком мало топает ногами, недостаточно яростно колотит кулаком по кафедре и недостаточно близко подходит к ругани, когда проповедует против греха!»

Я вовсе не призываю вас сквернословить, но в детских сердцах должен быть заложен святой трепет и ужас перед грехом! Вот как у того четырехлетнего карапуза из нашей общины, который пошел проведать свою родную бабушку. А бабушка сидела в кресле и дымила сигаретой.

Этот четырехлетний малыш уставился на нее немигающим взглядом и строго произнес: «Бабушка, ты дьявольская женщина!»

Бабушка от неожиданности едва сигарету не выронила: «Это кто же тебе сказал такую глупость?!»

Малыш не задумываясь выпалил: «Брат Хайлз!»

Так, детвора, вы меня под монастырь не подводите! Разумеется, мне жаль, что он употребил такие резкие слова. Я вовсе не считаю его бабушку исчадием ада, но я бесконечно рад тому, что четырехлетний ребенок твердо усвоил главное: курение — это омерзительный грех!

Я просто обожаю рассказывать эту историю. Ехал я как-то на машине по улице Сибли, где-то в районе одиннадцатой сотни домов. Вы знаете, где расположена старая школа Лафайет? Прямо напротив нового школьного здания.

Вдруг вижу: во дворе собралась стайка ребятишек, самому старшему от силы лет шесть. А на деревянном ящике из-под овощей стоит маленькая девочка, вокруг нее собралась дюжина малышей, и она закатывает такую проповедь — настоящая буря! В левой ручонке она держит Библию, перед ней сколоченное подобие кафедры, и она колотит по ней кулачонком изо всех сил!

Интересно, у кого это она переняла такие манеры?! И она кричит во все горло: «В Библии так написано!» И вся детвора дружно вопит: «Аминь! Аминь!» А один чернокожий мальчуган подпрыгивает и голосит: «Аминь, истинная правда, аминь!»

Я прижался к обочине и стал завороженно слушать. Да она же шпарила слово в слово мою воскресную проповедь! И, между прочим, делала это куда талантливее и зажигательнее меня!

И вот дело доходит до алтарного призыва! Я сидел за рулем и буквально покатывался со смеху! Оказывается, прямо позади ящика ребятишки выкопали в земле яму и залили ее водой из шланга — баптистерий! Настоящая грязевая яма!

Послушайте, такое мог срежиссировать только Сам Господь Бог! Девочка объявляет призыв к покаянию — и что бы вы думали произошло дальше? Никаких шуток! Честное пионерское! Клянусь честью скаута, все было именно так!

Вдруг из-за угла во двор медленно забредает тощая охотничья собака. Степенно вышагивает по «центральному проходу» между рядами сидящих детей, подходит к ящику и поднимает морду, глядя на маленькую проповедницу снизу вверх!

Девочка строго смотрит на пса сверху вниз и командным голосом спрашивает: «Ты признаешь, что ты грешник?!»

Пес жалобно скулит — мол, признаю, грешен.

Она с напором продолжает: «А ты понимаешь, что если ты сдохнешь прямо сейчас, то полетишь прямиком в ад?!»

Пес смотрит на нее совершенно ошалелыми, вытаращенными глазами.

И тогда девочка смягчается и говорит: «Если ты готов довериться Иисусу — дай мне руку!» Она наклоняется с ящика, хватает пса за правую переднюю лапу и опускается перед ящиком на колени вместе с собакой!

А после того как пес «покаялся и получил спасение», юная служительница поднимается и торжественно обращается к собранию: «Братья и сестры, мы безмерно рады тому, что... — уж не знаю, какую кличку она ему дала, — наш друг пришел ко Христу!»

Затем она решительно берет этого бедного пса за шкирку и тащит в грязную яму позади ящика! Ставит его на задние лапы в жижу и громогласно провозглашает: «Повинуясь повелению нашего Господа и Учителя и на основании твоего публичного исповедания веры в Него, я крещу тебя... — не знаю, сказала ли она “брат” или “сестра”, в собачьих породах я не разбираюсь, — ...во имя Отца, и Сына, и Святого Духа! Аминь!»

И она с головой окунула несчастного пса в эту мутную жижу, и пес вынырнул оттуда рожденным свыше христианским псом!

Но знаете, что поразило меня больше всего? Вы бы слышали, против каких страшных грехов гремела эта маленькая девочка! Честное слово! О, как яростно она обличала грех! У этой малышки было кристально ясное понимание: грех черен, а ад горяч!

И именно такого духа я жажду для нашей Первой баптистской церкви! Я хочу, чтобы мы простирали руки к погибающему грешнику и любили его всем сердцем! Но я хочу, чтобы мы до глубины души ненавидели мерзкий грех!

20. Любовь к грешнику и сокрушенные струны сердца

Вон там на скамьях сидят мужчины из нашего приюта — порой мы забываем о миссии милосердия, которую несет наша церковь. Многие из этих людей, если бы они в молодые годы регулярно слышали такие проповеди, никогда не оказались бы сегодня в приюте для бездомных!

Ведь каждый из этих опустившихся бродяг когда-то был чистым маленьким мальчиком. У его матери были светлые надежды и мечты; его отец строил прекрасные планы на будущее своего сына. Если бы только у них в детстве были верные учителя Воскресной школы, которые поднимали бы плакаты и говорили: «Мальчики и девочки, живите для Бога, ваш учитель любит вас и молится о вас!»

Если бы у них были чуткие капитаны автобусов, которые ходили бы по неблагополучным кварталам и согревали их заботой! Если бы у них был пастор, который стоял бы за кафедрой, колотил кулаком и кричал во все горло: «Не смейте лезть в грех, он убьет вас!», — многие из этих несчастных никогда бы не познали горького вкуса ядовитого осадка на дне чаши греха! Если бы только они знали!

И Бог свидетель: двери нашей церкви распахнуты для каждого человека, попавшего в беду. На днях с нашей маленькой Синди, нашей младшей дочерью — ну, она уже не совсем малютка, ей исполнилось тринадцать, — приключилась беда. Она стояла рядом с автомобилем у открытой дверцы. Водитель стал сдавать назад, не заметив девочку, сбил ее на асфальт и глубоко рассек ей подбородок. Ее привели домой, а рана на лице буквально зияет. Я сказал жене: «Собирайся, папа срочно везет ее в больницу накладывать швы».

Мы примчались в больницу святой Маргариты. Было, наверное, около часа ночи, приемный покой отделения неотложной помощи. Нас посадили на кушетку в углу, подошел дежурный хирург, осмотрел подбородок и подтвердил: «Нужно срочно зашивать».

И вот, пока доктор накладывал швы, ко мне подошла старшая медсестра отделения и нерешительно спросила: «Простите, вы ведь преподобный Хайлз, не так ли?» Я с теплотой ответил: «Для всех я просто брат Хайлз». Она посмотрела на меня и сказала: «Преподобный Хайлз, я не принадлежу к вашей общине. Но то, что делает ваша церковь, — это поистине великое и удивительное дело».

Я спросил: «Что вы имеете в виду?» И она произнесла: «Ваша церковь берет на себя заботу о таких отверженных людях, до которых во всем этом городе больше никому нет ровным счетом никакого дела».

И там, в больничном коридоре в час ночи, я воздал хвалу Богу и вспомнил бессмертные строки старинного гимна Фанни Кросби:

«В глубине человеческого сердца, сокрушенного искусителем,
Глубоко погребены чувства, которые способна возродить благодать;
Тронутые любящим сердцем, пробужденные добротой,
Разбитые струны зазвучат вновь!»

Ни один грешник, переступающий порог этой церкви, никогда не встретит здесь холодного презрения! Не бывает такого случая, чтобы сломленный грешник пришел к нам в поисках помощи и мы не протянули ему спасительную руку во имя Христа!

21. Эл Роджерс в городском суде

На днях... Помните нашего молодого брата Эла Роджерса? Где ты, Эл? Подними руку! Ты здесь сегодня? Вон он сидит, в самом центре балкона!

Так вот, наш Эл Роджерс недавно допустил оплошность. Он хорошенько нашлепал одного хулиганистого мальчишку из автобуса прямо на улице. Конечно, ему следовало сделать это в другом месте, без лишних глаз, да и всыпал он ему, пожалуй, чуточку крепче, чем следовало. Но на беду мимо проезжал полицейский патруль. Полицейские остановились, задержали его и официально предъявили ему обвинение в нападении и нанесении побоев! Представляете? Уголовная статья за рукоприкладство!

И на днях бедному парню предстояло предстать перед городским судом. Разумеется, он поступил опрометчиво. Он шлепнул пацана слишком горячо — впрочем, это и близко не сравнится с тем, какими тумаками эти уличные сорванцы то и дело награждают нас самих! Но как бы то ни было, устраивать порку прямо на глазах у прохожих не следовало. И вот Элу нужно идти в суд.

Я попросил церковного секретаря позвонить ему перед заседанием и сказать: «Передай Элу, что я пойду вместе с ним. Я буду его общественным защитником». Признаться, я отродясь не выступал в суде в качестве адвоката! Бывать на судебных заседаниях мне приходилось, но защищать кого-то перед коллегией — никогда в жизни. Да и в тот день, строго говоря, никакого адвокатского статуса у меня не было. Но я пришел в зал суда и сел на скамью рядом с Элом, пока судья разбирал предыдущие дела.

Наконец секретарь оглашает дело Роджерса. Судья поверх очков внимательно оглядывает подсудимого и с иронией замечает: «Молодой человек, вы выглядите чересчур щуплым и субтильным для свирепого драчуна, избивающего людей на улице. Интересно знать, что сказал бы преподобный Хайлз по поводу вашей выходки?»

А я сидел прямо позади него в зале. Я тут же поднялся во весь рост и на весь зал громко объявил: «Преподобный Хайлз находится прямо здесь, ваша честь!»

Судья опешил, посмотрел на меня и спросил: «Преподобный Хайлз, не соблаговолите ли вы подойти к трибуне?» Я ответил: «С превеликим удовольствием, господин судья!» Я уверенно прошагал вперед, встал за адвокатскую кафедру рядом с Элом и произнес:

— Ваша честь, перед вами прекрасный, благородный христианский парень. Он посвящает всю свою субботу тому, чтобы помогать бедным, обездоленным ребятишкам из городских трущоб; он собирает автобусных детей, а в воскресенье встает на рассвете, едет в Чикаго и отдает весь свой выходной день бескорыстному служению людям. Один из этих трудных подростков совершенно вышел из-под контроля, и Эл сорвался. Я ни в коем случае не оправдываю рукоприкладство, он поступил неправильно.

Судья внимательно посмотрел на Эла и произнес: «Вам определенно не следовало распускать руки. Но я глубоко уважаю то великое служение, которое вы несете на благо нашего общества». Затем судья объявил сумму судебного штрафа и тут же постановил считать назначенное наказание условным! Этот процесс не стоил Элу ни единого цента, и он вышел из здания суда абсолютно свободным человеком!

Эл буквально вылетел на улицу, подпрыгивая от восторга и во все горло выкрикивая: «Слава Господу! Слава Богу!» А я-то грешным делом думал, что ему придется провести несколько месяцев за решеткой и строчить оттуда «тюремные послания», как апостолу Павлу! А он сияет и славит Господа!

Мы спускались по ступеням суда, я радовался вместе с ним, парень был переполнен благодарностью. И скажу вам честно: этот судебный процесс прошел в самых благородных американских традициях правосудия. Судья поступил именно так, как и подобает поступать мудрому судье в каждом отдельном случае. Моя вера в нашу правовую систему в тот день заметно укрепилась.

И вот мы идем по улице и радуемся, как вдруг сзади раздаются торопливые шаги и чей-то голос окликает: «Эй, преподобный Хайлз! Подождите минутку, я хочу с вами поговорить!» Я обернулся и шепнул Элу: «Подожди секунду».

Это был судебный полицейский, несший дежурство в зале заседаний. Он подошел к нам, пожал мне руку и горячо произнес: «Преподобный, ради всего святого, не вздумайте бросать ваше служение этим детям! Конечно, не стоит колотить их так крепко, но продолжайте пороть этих сорванцов, когда они переходят границы! Я от всего сердца благодарю Бога за вашу Первую баптистскую церковь!» И он добавил, что благодарит Бога за наш приют для опустившихся людей.

22. Мать шестерых детей: любовь к грешнику, ненависть к греху

Я хочу, чтобы рука милосердия нашей общины всегда была протянута навстречу любому человеку, оказавшемуся на краю гибели! И в то самое время, когда мы протягиваем руку помощи опустившемуся пьянице из ночлежки, которого выворачивает наизнанку на полу приюта, я хочу, чтобы мы всей душой люто ненавидели проклятое пойло и мерзкого дьявола, низведшего человека до скотского состояния!

На днях ко мне в пасторский кабинет пришла молодая женщина. У нее на руках шестеро ребятишек. Она села напротив меня и тихо произнесла: «Брат Хайлз, у меня шестеро детей. Но послушайте, какую жизнь я вела: когда рождался каждый из моих шести малышей, я неизменно состояла в законном браке с одним и тем же мужчиной. Но ни один из шести моих детей не зачат от моего мужа! У моих детей три разных отца, и ни за одного из них я никогда не выходила замуж. И каждый раз, когда я носила под сердцем ребенка, я была замужем за своим супругом. Но он не является отцом ни одному из них».

И тут эта несчастная женщина разрыдалась в голос и сквозь слезы проговорила: «Брат Хайлз, я умоляю вас: помогите мне устроить моих детей в христианскую школу Хаммонда! Скажите, есть ли хоть какая-то надежда? Я не хочу, чтобы мои дети повторили мою проклятую судьбу! Я выросла в таком квартале, где люди жили хуже диких зверей! Нас никто и никогда не учил добру, никто не рассказывал нам о чистоте и чести! Но здесь, в Первой баптистской церкви, я обрела спасение во Христе! И я хочу, чтобы мои дети учились в христианской школе!»

Я посмотрел в ее заплаканные глаза и твердо сказал: «Они будут учиться в нашей школе! Даже если мне самому придется по ночам копать траншеи — ваши дети будут там учиться! Даже если мне придется оплачивать их обучение из собственного кармана до последнего цента — они будут сидеть за партами нашей школы!»

И сегодня эти детишки, рожденные вне брака, сидят в светлых классах бок о бок с нашими собственными сыновьями и дочерьми. И здесь им искренне рады так же, как и любому другому ребенку на этой земле! Мы любим грешника! Мы любим грешника всем сердцем! Но мы люто ненавидим грех!

23. Скорбь пастора: тринадцать исключенных учеников

В прошлую пятницу, когда я уходил из церкви поздним вечером, мне никогда в жизни так страстно не хотелось, чтобы дьявол обрел видимую плоть! Если бы начался период Великой Скорби и меня по какой-то причине оставили на земле, я готов был бы схватиться с сатаной врукопашную и врезать антихристу кулаком прямо в морду! Если бы только Господь соблаговолил дать мне крошечный отпуск с небесной Брачной вечери Агнца, я бы спустился на грешную землю только ради того, чтобы подойти и плюнуть в физиономию антихриста!

Никогда за все годы моего служения я не испытывал столь бешеного желания нанести сокрушительный удар по врагу! Я не стану пересказывать вам все подробности того тяжелого дня. Но я помню, как в изнеможении прислонился лбом к холодной стене и со слезами молился: «О Господи Боже, что еще я могу сделать, чтобы грех предстал перед нашими детьми во всей своей черной, смертоносной омерзительности?! Что еще я должен сделать?!»

И сегодня вечером я торжественно объявляю вам: я начинаю новое генеральное наступление на дьявола! Я собираюсь... нет, я не стану сквернословить, но я скажу так: ах ты рик-а-рэк-а-пэк-а-лонгер, грязный блотчи-блотчи-слэттери! Я объявляю войну на уничтожение всякому греху! Да поможет нам Всемогущий Бог возненавидеть грех святой ненавистью!

О, как пронзительно написал автор старинного гимна:

«Я ненавижу то, что отлучило меня от объятий Спасителя!»

Я ненавижу тайную гордость, которая пытается раздуться в моем собственном сердце, — Бог видит, у меня нет ни малейшего повода для тщеславия! Я ненавижу ядовитую горечь, которая порой пытается просочиться в душу! Я ненавижу зависть, которая стучится в двери! Я ненавижу собственное упрямство!

Я ненавижу все это! Я ненавижу грех в своей собственной жизни! Я ненавижу грех в вашей жизни! Я люто ненавижу грех, который похищает у наших юношей и девушек целомудрие, чистоту, невинность, праведность и честь и ломает будущее этих драгоценных душ! Я ненавижу его! Я ненавижу его всем своим естеством!

И напоследок я скажу вам еще кое-что. Пожалуйста, не думайте, что я ищу вашего сочувствия. Бог видит: я вовсе не нуждаюсь в жалости. У кого в этом мире и есть полное право ликовать и во весь голос славить Бога — так это у меня! Если Господь к кому-то и проявил Свою неизреченную благость, то прежде всего ко мне, грешному.

Но на этой неделе нам пришлось пойти на тяжелейший шаг: мы были вынуждены исключить тринадцать учеников из нашей христианской старшей школы. А ведь некоторых из этих ребят я нянчил на руках, когда им было всего по два годика! Некоторые из их родителей были рядом со мной, когда я только начинал служение в этой церкви: они стояли за меня насмерть, дрались за меня, рвали отношения с многолетними друзьями ради поддержки моего служения!

Я молился над этими детьми, когда они только переступали порог первого класса. Эти девочки крохами запрыгивали ко мне на руки, целовали меня в щеку и звенели: «Брат Хайлз, мы так вас любим!»

Но они оступились. Они совершили тяжкие проступки. Они не были закоренелыми злодеями — они просто нарушили правила школы. И мне пришлось... мне пришлось смотреть в полные слез глаза их родителей и с разрывающимся сердцем говорить: «Простите меня... Мне бесконечно жаль...»